Главная » Статьи » Полянцевы: История семьи

Владимир Георгиевич (1947-2007) - (1)

…Однажды у Мишеля Платини, признанного лучшим французским футболистом ХХ века, спросили о принципах честной игры. Он, подумав, ответил: «Это умение проигрывать с улыбкой и никому не высказывать претензий…» В победах и поражениях суть человеческой жизни, ее непредсказуемость – главное ее достоинство, лучший матч – тот, исход которого не предопределен.

В судьбе Владимира Георгиевича Полянцева словно был активизирован «ген непредсказуемости» – как раз в ту самую эпоху, когда и без того страна совершала немыслимые исторические развороты, последствия которых никто не мог представить. Советская эпоха, казавшаяся такой большой, грузной, вековечной, вдруг рассыпалась за мгновение, совершенно переиначив образ жизни и мышления, на ходу поменяв правила игры. В этом кипучем времени с судьбой прежнего «советского человека» могло произойти все, что угодно, – и происходило повсеместно…

Владимир Георгиевич Полянцев родился 2 марта 1947 года в Тульской области в городе Сталиногорске, который сейчас называется Новомосковском. Его детские впечатления копились вслед за «путешествием» отца Георгия Алексеевича по объектам большого московского энергетического кольца: Сталиногорская ГРЭС, Алексинская ТЭЦ, Щекинская ГРЭС, Ярославская и Игумновская ТЭЦ. Затем будет громада Магнитогорского металлургического комбината с клубами дыма над рекой Урал. Здесь, в Магнитогорске, Владимир учился с первого по третий классы и был круглым отличником.

Ольга Григорьевна и Георгий Алексеевич Полянцевы с сыном Владимиром, 1953 год

В 1957 году, когда Георгий Алексеевич вместе с семьей перебрался в Челябинск, в жизни десятилетнего мальчика появилась улица Свободы, ведущая к железнодорожному вокзалу, и железнодорожная школа – 121-я на сегодняшний день.

Первый учебный год в новом городе Владимир также окончил на одни «пятерки» и в дальнейшем был отличником. Хотя по мере взросления и все большего «погружения» в футбол, стали проскальзывать «четверки» – тренировки отнимали много времени. Но за счет природного таланта и хороших данных, учеба шла легко; отличных оценок у него было больше, чем хороших, а «троек» не было вообще.

Судьба любила и баловала его – уже со школы. Яркий, спортивный, привлекательный, в котором девочки и друзья души не чаяли, он учился с той же легкостью, что гонял мяч на футбольном поле, играя профессионально за челябинскую команду «Локомотив». Лучше всего ему давались точные предметы, а учителя математики, физики, химии предрекали Володе Полянцеву блестящее будущее. Расстраивался, пожалуй, лишь учитель литературы – к чтению художественных книг у Владимира не было никакого расположения. Зато он буквально зачитывался «Занимательной математикой», а дома с удовольствием читал популярные молодежные технические журналы.

«Любовь к электронике, автоматике прорастет в нем еще со школы, – вспоминает его младший брат Олег. – Еще в 10 классе на производственной практике он стал заниматься… ремонтом телевизоров, которые в ту пору были далеко не в каждом доме, и не каждого мастера к ним подпускали…»

В.Г. Полянцев, 1961 год

Поворотным в его судьбе станет 1965 год – и не только потому, что после окончания школы любому выпускнику предстоит сделать принципиальный выбор. В нем боролись разные стихии: спорт и техника, желание играть в футбол и необходимость получить образование. Когда Владимир выбрал энергетический факультет Челябинского политехнического института, то многие сочли, что он повторит судьбу своего отца, Георгия Алексеевича, – если бы не характер, который отличался даже в мелочах.

Георгий Алексеевич, памятуя о том, как сам при подготовке к поступлению в Томский технологический институт часами и месяцами корпел над книгами, учебниками и справочниками, решил создать сыну максимально комфортные условия для подготовки к вступительным экзаменам. Проще говоря, семья попросту уехала за город, предоставив Владимиру свою большую квартиру на улице Свободы в полное распоряжение – чтобы никто не мешал.

«В конце июля, когда до экзаменов оставалось несколько дней, отцу пришлось срочно вернуться в город – не столько домой, а в райотдел милиции на улице Монакова. Оказалось, что Владимир решил пригласить в гости своих друзей по команде с подружками. Веселье вышло шумным и бурным. В доме напротив – а это через широкую улицу – жил полковник милиции. Не выдержал: вызвал наряд милиции. Шумную компанию запихнули в воронки и определили на 15 суток исправительных работ за нарушение порядка».

Единственное, о чем тогда удалось договориться Георгию Алексеевичу и тренеру «дубля» команды «Локомотив» – чтобы в день экзаменов Владимира выпускали бы из изолятора. Владимир приходил рано утром домой в сапогах и рабочей фуфайке, переодевался в парадный костюм и ехал на экзамены. Математику (устно и письменно), физику, химию сдал на «отлично» – это казалось невероятным. Зато не удивил результат по сочинению – «удовлетворительно» – работа с буквами, карандашами и тетрадями не входила в его жизненные планы.

Челябинский политехнический институт в те годы – самое бурное и шумное место в городе. Здесь, на месте бывшего огромного пустыря, стремительно вырастал студенческий городок. В год поступления Владимира в ЧПИ, кстати, был сдан в эксплуатацию второй корпус института, а число студентов перевалило за 15 тысяч человек.

На демонстрации, середина 1960-х годов

Владимир выбрал специализацию «электрические станции, сети и системы» – изначально нацеливался, что будет работать в качестве монтажника или наладчика. На это его настраивал отец своими рассказами о профессии.

«Начать тебе, Владимир, стоит лучше всего наладчиком электрооборудования, – высказал свое родительское напутствие Георгий Алексеевич. – Освоишь это дело, двинешь дальше, тогда тебе сам черт не брат!»

Перспективы «освоения» были достаточно сложными. Владимир понимал, что наладчика ожидает кочевая, цыганская жизнь. Придется переезжать с объекта на объект, которые могут оказаться в самых разных концах страны: на Урале, в Сибири, Средней Азии. Жить – в лишенных обычных удобств гостиницах или бараках-времянках, а в качестве питания нередко довольствоваться сухим пайком, чаем или кофе из термоса. Вдобавок – бесконечные авралы, о которых ходили целые легенды. Суть в том, что в плановой советской экономике было принято вводить объекты к большим праздникам или к концу года. И пока другие остужали новогоднее шампанское, у энергетиков-наладчиков кипела работа – они буквально дневали и ночевали на вводимых объектах.

Однако Владимир Полянцев был молод, холост, честолюбив, так что эти «издержки производства» его не пугали. В душе он разделял мнение отца: следует через все пройти, наработать опыт с азов. В качестве плюса, считал он, будет и знакомство со многими предприятиями, новой техникой, уже не говоря о регионах страны, о которых пока имелось лишь смутное представление. Так что совет отца был принят.

После окончания вуза В.Г.Полянцев по распределению поступил на работу в специализированное наладочное управление треста «ЭлектроУралмонтаж», который находился в Свердловске (Екатеринбурге). Уже этим шагом Владимир расширил географию своей жизни. Суть в том, что подобный базовый трест по электромонтажным специальностям был и в Челябинске – «Южуралэлектромонтаж», которым с 1956 года на протяжении трех десятилетий руководил Алексей Фаддеевич Маматов, личность в южноуральской энергетике легендарная. Георгий Алексеевич мог бы легко «замолвить словечко» за сына – но не стал.

Кстати, вместе с Владимиром Полянцевым – практически, в одной упряжке – на наладке начнет свой путь и его друг, сокурсник и тезка Владимир Паклин, человек, который впоследствии станет легендой «Центральных электрических сетей «Челябэнерго», а его именем будет названа подстанция в Челябинске, в районе Тополиной аллеи.

В первые свои командировки молодые люди, имея в кармане диплом инженера, отправятся рядовыми наладчиками, даже не бригадирами. Вообще-то у энергетиков так было издавна принято: постепенно входить в работу, нарабатывать профессиональные навыки, доказывать, на что ты способен. Если проявится организаторский талант, то со временем и накомандуешься. А пока на монтаже или наладке за каждым начинающим, молодым специалистом был закреплен наставник, который присматривал за всем, начиная с рабочих заданий и заканчивая досугом молодежи. Такой подход был оправдан и объясним – наладчики-энергетики не певчих петушков из глины лепили…

Путь Владимира Полянцева лежал в оренбургские степи, в орские края, вниз по течению реки Урал, к берегам Ириклинского водохранилища. Здесь уже была построена гидроэлектростанция, но ее мощности не хватало для реализации больших промышленных планов по строительству Гайского горно-обогатительного комбината и развитию нефтехимии. Строительство новой ГРЭС началось в 1963 году, но потребовалось семь лет, чтобы станция была введена в эксплуатацию.

Владимир Полянцев оказался на самом пике наладочных работ. Суть в том, что под занавес 1970 года с разрывом в полтора месяца на Ириклинской ГРЭС вводились сразу два мощных энергоблока – первый энергоблок мощностью 300 МВт был поставлен под нагрузку в канун ноябрьских праздников, а второй, аналогичный – под самый Новый год, 31 декабря. Эту стройку сразу назвали особым достижением энергостроения: за короткий период были введены в действие с «нуля» два мощных энергоблока на одной электростанции.

Работа на Ириклинской ГРЭС, конечно, запомнилась – это был первый его объект, показавший, чего стоит ждать в дальнейшем. Но в профессиональном плане поворотной стала крупнейшая в Башкирии узловая подстанция «Бекетово» с напряжением 500 кВ. Эта новая, буквально с иголочки, электроподстанция, введенная в 1966 году, считалась второй по мощности в стране, и на ней обкатывалось новое высоковольтное оборудование. С ним и будет работать Владимир Полянцев.

В.Г. Полянцев, 1966 год

Молодых наладчиков предупредили сразу же: «Оборудование вам вверяем уникальное. Абсолютно новые системы защиты. Не привычные масляные, а воздушные выключатели. Смотрите, не подведите…» И они не подвели. Позднее Владимир Георгиевич, вспоминая свой начальный период работы, также отметит смену профессиональных акцентов:

– На «сильных», больших напряжениях, было работать очень интересно, Но еще интересней на «слаботочке». На вычислительных, особенно на управляющих вычислительных машинах. Это потому, что там ты трудишься уже не только как наладчик, но и как программист. Программ – великое множество, причем некоторые закладываются прямо в процессе отладки оборудования. Вот и выходило, что, занимаясь наладкой, ты одновременно возлагаешь на себя ответственность и за эффективную эксплуатацию комплекса, до которой уже недалеко. Мне эта работа прямо-таки доставляла удовольствие.

«Великое множество программ» – это была настоящая стихия в эпоху автоматизации процессов. Молодой Владимир Полянцев, образно говоря, взлетал на гребень волны научно-технической революции на производстве. Наладка автоматики и КИП, контрольно-измерительных приборов, вообще стала отличительной чертой 1970-х годов, продолжением космической эпохи предшествующего десятилетия – в практическом «приземленном» смысле.

Вернувшись Челябинск после сдачи объектов, В.Г.Полянцев принимает участие в монтаже и наладке оборудования вычислительного центра при «Челябэнерго». Автоматизированные системы управления – это был вызов времени и престиж организации. В «Челябэнерго» тогда появилась одна из первых электронных вычислительных машин ЕС-1030, гордость Советского Союза – и естественно, была предметом гордости коллектива отдела АСУ, куда влился Владимир Полянцев и оставил по себе самую добрую память.

О том, что представляла собой ЭВМ тех лет, можно судить по яркой эмоции, которая сорвалась с языка заместителя министра радиопромышленности СССР Николая Горшкова в 1980 году:

«Ребята, хватит заниматься ерундой! Персонального компьютера не может быть. Могут быть персональный автомобиль, персональная пенсия, персональная дача. Вы вообще знаете, что такое ЭВМ? Это 100 квадратных метров площади, 25 человек обслуживающего персонала и 30 литров спирта ежемесячно…»

Вот эти «сто квадратов», наполненные оборудованием, протертым спиртом, «пропишутся» в жизни В.Г.Полянцева на три года.

По окончанию работ с наладкой АСУ «Челябэнерго», Владимир Георгиевич, как говорится, «попал в полосу», в базовый тренд эпохи. Следующим местом его работы будет трест «Уралспецавтоматика». Здесь снова хорошо проявляет себя как наладчик управляющих вычислительных комплексов, его повышают в должности – теперь он руководитель работ.

А следом трест предоставит ему не просто командировку, а настоящий подарок судьбы и профессиональное возмужание. Его путь лежал на Украину, в Кривой Рог, где в начале 1970-х годов на «Криворожстали» возводилась самая большая домна в мире – знаменитая ДП-9, или «девятка», как ее называли металлурги.

На подъезде к домне до сих пор стоит большой памятный знак, на котором указаны грандиозные цифры: «Для сооружения комплекса вынуто 18067 тыс. м3 земли, уложено 261,4 тыс. м3 бетона. Поставлено 83 тыс. тонн металлоконструкций. В поставке оборудования принимали участие 1985 заводов-изготовителей. Мощность – 4 млн тонн чугуна в год. Стоимость строительства – 3370 млн рублей». Всем участникам строительства «девятки» была выдана памятная медаль.

Владимир Георгиевич всегда с гордостью говорил, что ему просто повезло работать на этом невероятном объекте. К тому же оказаться в этих местах ему было интересно еще и потому, что здесь когда-то работал брат отца Сергей Алексеевич Полянцев, приехавший в 1943 году восстанавливать запорожский завод «Коммунар» – едва эти места были освобождены от врага.

Командировка на Украину заняла много месяцев. Здесь было чему поразиться. Ничего подобного этому исполину – домне – он еще и не видывал, хотя и сравнивал с детскими впечатлениями от Магнитогорского комбината. Стоявшие чуть в стороне старшие «сестры девятки» – домны прежней постройки – смотрелись «малышами».

ДП-9 имела одну принципиальную особенность: все процессы – от подачи шихты до выплавки чугуна – были максимально автоматизированы. Учитывая масштаб нового объекта, небывалый уровень его оснащения электроникой и автоматикой, сюда свезли специалистов из 160 трестов и организаций страны. Кроме того, на домне работали иностранные спецы – например, из Японии.

Группу наладчиков, в состав которой входил В.Г.Полянцев, разместили в прекрасной гостинице. На питание затрачивалось несколько минут. На площадку людей доставляли, минута в минуту, «икарусами». Где прежде такое было видано! Был продуман и досуг: на специально отведенной площадке вечерами выступали артисты.

Владимир с коллегами занимались наладкой управляющих вычислительных комплексов, или, если быть еще конкретней, «комплексов технических средств для локальных информационно-управленческих систем». Дело в том, что сам процесс плавки в новой домне должен был проходить в автоматическом режиме. Непосредственно уральцы – семь человек – отвечали за работу щита управления.

Помимо поднявшейся на высоту небоскреба домны-гиганта в комплекс входили и другие объекты – в частности, горно-обогатительная фабрика, поставлявшая доменщикам окатыши. И здесь, снова впервые, была применена непрерывная подача шихты конвейерами, установленными на огромной эстакаде. В начале этой эстакады также были смонтированы управляющие комплексы. Правда, за них отвечали уже не наши, а работавшие по контракту специалисты из Японии. Так что уральцам еще и с ними довелось пообщаться.

Все работы огромным коллективом строителей, монтажников, наладчиков осуществлялись по строгому графику. И хотя в целом он выполнялся, иногда случались и срывы. Доменную печь обязаны были сдать к Новому году. К торжеству уже готовились, специально прибыли представители сразу пяти кино– и телестудий из центра и из республик страны, как вдруг…

«Кто-то неожиданно обнаружил – то ли намеренно, то ли случайно – оставленный, «позабытый» склад кислородных баллонов, что при определенных условиях могло бы даже вызвать взрыв, – вспоминали участники строительства. – На площадке тотчас же оказались представители «компетентных органов»: а не замыслил ли враг устроить здесь террористический акт? И вот уже оцеплена вся территория, идут поиски виноватых в беспечности, установлена строгая система пропусков. И все это в то время, когда для розжига печи уже доставлены эшелоны дров…»

Зато у наладчиков образовался на несколько дней «перекур».

«Чтобы расслабиться, – вспоминал Владимир Георгиевич, – мы затеяли игру в преферанс. И вы знаете, кто вошли в нашу компанию? Заместитель министра и генеральный разработчик АСУ приборостроения. К счастью, все тогда обошлось, и мы даже пожалели, что мнимых злодеев искали не так долго, пришлось игру прервать…»

Официально доменную печь № 9 ввели в эксплуатацию 30 декабря 1974 года. На митинге, как было принято в советские времена, выступил с поздравлениями приехавший из Киева первый секретарь ЦК КП Украины В.В.Щербицкий. Затем состоялся большой концерт, плавно перетекший в большой банкет – словом, все как положено…

Сразу после торжеств Владимир и его товарищи на несколько дней слетали в Челябинск, встретили с родными Новый год. Затем снова вернулись в Кривой Рог, чтобы окончательно отладить свою электронику. Владимиру Георгиевичу еще пришлось прочитать здесь курс лекций и провести практические занятия с обслуживающим персоналом.

Он и сам учился: повышал квалификацию на организуемых семинарах и курсах в Харькове, Казани, Северо-Донецке. После Украины какое-то время работал в Нижневартовске, где снова налаживал управляющие электронные комплексы на мощном комбинате. Вернувшись в Челябинск, попал на отладку оборудования конверторного цеха Челябинского металлургического комбината.

«У меня была исключительно интересная, приносившая исключительное удовлетворение работа, – скажет позднее об этом периоде своей жизни Владимир Георгиевич. – Только я осознал это, увы, когда стал заниматься совсем другим…»

Конец 1970-х – начало 1980-х годов можно считать периодом триумфального шествия по миру электроники, открывавшей совершенно иные просторы для воплощения новых технических идей. Здесь тон задавали японцы и американцы. В 1979 году мощно заявили о себе компании «Сони» и «Мацусита», выставив на рынок компактный телевизор с плоским экраном. Систему записи изображения на дисках решила компания «Филипс», а уже через год-два компакт-диски и проигрыватели к ним появились в коммерческой продаже. Опять же японская компания «НТТ» выпустила в широкую продажу первые мобильные телефоны, которые, правда, поначалу стоили безумно дорого – один телефон оценивался в несколько тысяч долларов.

1981 год принес очередную новость: был выпущен первый персональный компьютер, в котором использовалась система фирмы «Майкрософт», ставшая стандартом для всей отрасли. 1983-й год был ознаменован появлением первых хакеров-взломщиков компьютеров, а электронный мир «населился» неведомыми до сих компьютерными вирусами с романтическими названиями: «Пятница, 13-е», «Троянский конь» и другими. А еще с легкой руки программиста Джерома Лэнье по белу свету пошел гулять термин «виртуальная реальность».

Электронная отрасль развивалась и в СССР, но медленнее, чем это происходило в развитых капиталистических странах. Опасность такого отставания первыми осознали представители оборонной промышленности. Принципиально новая элементная база позволяла создавать аппаратуру, оборудование и технику, в сотни раз выигрывавшие по габаритам, мощности, качеству управления.

Одним из ведущих предприятий отрасли являлось Всесоюзное научно-производственное объединение «Каскад», имевшее свои отделения-тресты практически во всех крупных городах Советского Союза. В 1978 году под знамена «Каскада» встал и В.Г.Полянцев.

Эта организация словно символизировала «силу слабого тока». В первые годы Советской власти «Всероссийский трест слабого тока» объединил национализированные заводы, в том числе иностранные, работавшие в России: заводы «Сименс», «Эриксон», «Гейслер», «Морзе». В годы Великой Отечественной войны трест обеспечивал связь с городом Куйбышев (Самара), куда перебралось из Москвы советское правительство.

В «Каскаде» всем руководили военные, хотя и принимали на работу вольнонаемных специалистов, каким и был В.Г.Полянцев. Его должность ничего не говорила непосвященным – «руководитель работ». Подобная «скромная» должность – «агент» – была у его деда Алексея Захаровича Полянцева, который в 1930-е годы отвечал за организацию безопасного движения тяжелых поездов. Между тем, «руководителю работ» были поручены – ни много ни мало! – отладка и обслуживание комплексов технических средств по управлению ракетами, предназначенными для исследования верхних слоев атмосферы, а также и бортовых ЭВМ на спутниках военного назначения.

Были ли плюсы на новой работе по сравнению с прежней, гражданской? Определенно были. Требования к надежной работе техники, предназначенной для обороны страны, оказались рангом выше. Здесь вообще все делалось более обстоятельно, чем на гражданке, без спешки и суеты. Любая недоработка, ошибка, отказ в чем-либо (за этим следили военпреды) расценивались как чрезвычайное происшествие и строго карались. Но в то же время выше оценивался и труд специалистов.

Работа в «Каскаде» несколько остудит, скорректирует характер Владимира Полянцева. К своим 30 годам он уже успел привыкнуть, что любое дело, за которое бы он ни брался, получалось легко, словно играючи; здесь же на первый план выходила скрупулезность, которой ему не всегда хватало.

Памятным для Владимира Георгиевича стала работа над единственным тогда, кажется, подведомственным «Каскаду», гражданским объектом – аэродромом в Сургуте, где ему и его людям довелось налаживать систему взлета и посадки самолетов.

Первым, кто встретил В.Г.Полянцева в Сургуте, был командир авиаотряда Роман Федорович Марченко.

«Дело было осенью, еще стояла прекрасная теплая погода. Марченко оглядел прибывших из Челябинска наладчиков, ухмыльнулся:

– Вы что это, друзья, приехали налегке?»

– Так мы же наладчики… – отвечают.

– Ну и что? Вам же вскоре придется выехать на наши радиолокаторы? Там уже в ноябре снегу будет по колено…

И распорядился выдать «команде Полянцева» теплые летные комбинезоны, унты. А ведь он оказался прав – вскоре к объектам можно было добраться лишь на вездеходе…»

На «Каскаде» Владимир Георгиевич отработал пять лет, переключаясь – иногда, в свободное время – на другие проекты. «Перехватить что-нибудь» помимо основной работы в советские годы называлось «халтурой», хотя люди отдавались попутным задачам с не меньшей ответственностью. Электронщики не были исключением – к ним, поняв, на что те способны, вдруг стали обращаться с заказами весьма необычные организации.

На В.Г.Полянцева вышли представители… челябинского лифтового хозяйства. Суть проблемы была простой и известной. Поднимается жилец в кабине лифта на свой высокий этаж, а та вдруг взяла и остановилась – без видимых причин. Как в этом случае следует поступать, можно прочесть в Правилах пользования, что висят на стенке кабины: нужно нажать на соответствующую кнопку, поговорить с диспетчером, и тот направит к вам на выручку ремонтника.

– Неужели нельзя сделать так, – попросили Полянцева товарищи из «Союзлифтремонта», – чтобы у нас диспетчер был закреплен не за каждым из домов – вон их сколько! – а обслуживал бы целый микрорайон? Представляете, какую бы это принесло выгоду, экономию?

– Почему нельзя, – ответил им Владимир, – нам доводилось решать задачи и посложней…

Техническое задание по диспетчеризации лифтов притягивало своей ясностью и четкостью – сделать так, чтобы информация с каждого лифта поступала на централизованный диспетчерский пункт, где бы и осуществлялся единый контроль. Вот только воплотить это в жизнь оказалось не просто.

– Наша квартира на полгода превратилась в мастерскую, – вспоминает О.Г.Полянцев. – Брату помогал его коллега по работе в отделе АСУ «Челябэнерго» Юрий Утицкий. Просторный коридор вдруг стал узким – вдоль стен стояли всевозможные коробки с микросхемами и кнопками; здесь же – бухты проводов. В зале увлеченные разработчики сдвинули всю мебель к стенам и по углам, а в центре стоял большой обеденный стол, на котором они паяли пульт управления, проводили испытания и дорабатывали схему.

Разработанная новая «схема» была вскоре внедрена в микрорайонах 23–24 Северо-Запада Челябинска и послужила началом переоборудования лифтового хозяйства во всем миллионном городе. Причем эта разработка могла быть использована не только в лифтовом хозяйстве. Появилась возможность из единого центра контролировать и многое другое – электрохозяйство, тепловое хозяйство микрорайона и тому подобное.

Когда об этом нововведении узнал тогдашний председатель городского Совета, то очень обрадовался: «Это надо же, сколько проблем можно решить аналогичным образом!» И распорядился щедро отблагодарить новаторов.

«Однажды, уже после пуска диспетчерской системы, Владимир Георгиевич приехал в командировку в Москву. Управившись с основными делами, заглянул к столичным коммунальщикам.

– А у вас с лифтами как?

Оказалось, что работают по старинке. Удивился:

– Вы бы изучили наш, челябинский опыт!..»

Читать дальше

Вепрев О.В., Лютов В.В., Полянцев О.Г. Полянцевы: История семьи. - Екатеринбург: Банк культурной информации, 2018.

Категория: Полянцевы: История семьи | Добавил: кузнец (14.03.2019)
Просмотров: 474 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: