Главная » Файлы » Воспоминания » Из материалов к книге "Челябинский монтажный колледж. Страницы истории".

Из воспоминаний Игоря Иосифовича Тубера (продолжение)
04.06.2010, 09:54
* * *
В 1990 году Министерством образования СССР был разослан по учреждениям образования революционный для того времени приказ № 45, который давал техникумам огромную экономическую свободу и ознаменовал собой приход новой, уже рыночной эпохи.
 
- Полномочия, возможности, перспективы открывались просто масштабные, - поясняет И.И. Тубер. – Во-первых, в советские годы даже близко нельзя было подумать, чтобы техникум мог зарабатывать деньги где-нибудь «на стороне», самостоятельно. Во-вторых, приказ предусматривал минимальный финансовый риск. Было два счета: один – бюджетный, предусматривающий государственные средства на содержание техникума; второй – внебюджетный, то есть наш, собственный, куда поступали заработанные средства.
 
К новым «экономическим свободам» относились образовательные услуги: курсы и дополнительное образование, а также возможность вести предпринимательскую деятельность, организуя на базе техникума кооперативы и хозрасчетные предприятия. - Мы, естественно, не стали отказываться от таких возможностей, пренебрегать ими или откладывать дело на потом. Поэтому когда прежнее советское хозяйство стало стремительно разваливаться, у нас уже был определенный кооперативный задел, который и помог колледжу в трудные времена. Кроме того, кооперативы помогли нам закрыть многие «бреши», особенно на фоне тотального дефицита, который тогда царил в стране.
 
Первым появился кооператив «Контур». Далеко от строительного профиля отходить не стали – закупили оборудование по производству шлакоблоков, стали производить и продавать строительный материал. - Конечно, во всей этой идее была изрядная доля кустарщины, да и строить завод мы не собирались. Тем не менее, пока в близлежащей округе была потребность в шлакоблоке, а наше качество устраивало покупателя, мы были на плаву. Занимались и тем, что изготавливали несложные, но ходовые металлоконструкции. Затем в «производственной номенклатуре» появилась учебная мебель.
 
Работа велась достаточно серьезная. Вскоре кооперативные формы заменили на хозрасчетные подразделения. Так, в структуре колледжа появилось хозрасчетное предприятие «Техсервис», которое возглавил опытный инженер и хороший организатор Виктор Михайлович Прокудин. - Он сделал ставку на четкий подбор кадров, и выиграл. На предприятие он пригласил профессиональных рабочих, хорошо знавших монтажное дело, работавших с металлом, а главное – непьющих. Так что ни за кем особо ходить не было надобности.
 
Заказы были самые разнообразные. «Техсервис», к примеру, изготавливал оборудование для челябинских театров, на многих объектах участвовал в качестве субподрядчика. Для колледжа «Техсервис» производил учебную мебель, и буквально за два-три года эта проблема была полностью закрыта.
 
- Неплохую прибыль приносило изготовление металлических дверей и решеток. Двери, само собой, не были такими «навороченными», как сейчас, но на первых рыночных порах сослужили хорошую службу челябинцам. Неплохо получилось и с решетками: мы срезали прежние советские «глухие» конструкции и по всему техникуму установили распашные, отвечающие требованиям пожарной безопасности, красивые решетки.
 
Одновременно при колледже появилось хозрасчетное предприятие «Столярсервис», которое изготавливало двери и оконные рамы. - Здесь мы работали, можно сказать, исключительно на себя. Техникум был основным заказчиком. И объемы были внушительными. Через это подразделение мы заменили окна и двери во всем комплексе зданий. Можно представить, какой значительной оказалась экономия. Начальником участка был Алышан Гамидов, азербайджанец, очень опытный и порядочный человек. Позднее он уехал на родину.
 
Интересных хозрасчетных начинаний было немало. - Благодаря Валерию Ракульцеву, человеку, влюбленному в красоту уральского камня, у нас появился свой камнерезный участок. В мастерских мы расчистили помещение, установили хорошие шлифовальные станки. И дело пошло. Много работали с яшмой, делали шкатулки, подсвечники, канцелярские наборы, сувениры и многое другое. У меня в кабинете, например, до сих пор хранится каменный меч из зеленого змеевика…
 
Многие преподаватели, работники техникума в этих новых коммерческих условиях проявили себя с самой необычной стороны. Так, Михаил Григорьевич Гафаров, заведующий строительно-монтажным отделением, одновременно и неожиданно для всех решил организовать при техникуме… швейный цех. Позднее М.Г. Гафаров уйдет из колледжа и займется коммерцией, швейным делом уже профессионально. А в начале 1990-х годов, когда техникум приобрел несколько швейных машин, «на выходе» появилось много различной спецодежды, которую закупали предприятия и организации. Особым «шиком» стало производство камуфляжной одежды для охотников – с многочисленными карманами, патронташами и прочей атрибутикой. Охотничьи магазины с удовольствием брали эту продукцию на реализацию.
 
* * *
- Осенью 1991 года мы решились, наверное, первыми в городе, на создание учебно-коммерческого центра «Менедж». С одной стороны, оформить документы и подготовить учебные планы дополнительного образования было несложно. С другой, мы столкнулись с огромной инерцией бесплатного образования – люди не привыкли платить за обучение деньги. Тем не менее, в декабре 1991 года центр «Менедж» был открыт, а на следующий год проведен первый набор студентов. Возглавила центр Ирина Борисовна Знаева.
 
Специальности в центре были подобраны с учетом новых требований, специфики рыночной жизни. В советской системе никто не готовил ни коммерсантов, ни управленцев. «Менеджмент и право» казались тогда совершенной диковинкой. Не пройдет и пяти лет, как эта специальность приживется, прорастет во многих учебных заведениях. Учебно-коммерческий центр воспринимался неоднозначно и внутри самого коллектива колледжа. Суть в том, что центр первоначально был образован как самостоятельное юридическое лицо, с отдельным расчетным счетом, на который и поступали средства за обучение.
 
Очень скоро возникли «ножницы» между заработной платой в колледже и заработной платой в центре, которая была выше и к тому же дифференцирована в зависимости от «прибыльности предмета». За одни и те же учебные часы преподаватели получали по-разному. Естественно, психологического напряжения избежать не удалось, а деньги по определению провоцируют конфликтные ситуации. В 1996 году центр был реорганизован. Он вошел в структуру колледжа на правах отделения – «Менеджмент и право».
 
- История с учебно-коммерческим центром нас научила многому. При всех определенных «минусах», главным достижением центра стал хороший опыт эффективной работы на рынке платных образовательных услуг. В дальнейшем он трансформировался в способность балансировать между бюджетным и платным образованием, находить «золотую середину» по количеству платных и бюджетных мест, по стоимости за обучение. По сути, мы еще в первой половине 1990-х годов отработали принципы и формы современной образовательной системы.
 
* * *
Новое хозрасчетное и коммерческое начало в Челябинском монтажном колледже в те годы позволило существенно обновить материально-техническую базу. Практически все заработанные внебюджетные средства шли на эти цели.
 
- До ноября 1991 года, к примеру, в техникуме не было ни одного компьютера, - вспоминает И.И. Тубер. – Свой первый компьютер мы приобрели за внушительные деньги – за 40 тысяч рублей. Это был IBM-286 СТ. Машина, у которой объем жесткого диска не достигал и 1 Гб, а оперативная память не превышала 128 Мб, казалась нам настоящим чудом техники. Весь колледж ходил на нее смотреть. Внушали уважение даже съемные дисковые накопители – мягкие, из черного полиэтилена, чем-то напоминавшие гибкие маленькие музыкальные пластинки времен журнала «Кругозор». Сейчас этот компьютер по праву занимает свое место в музее колледжа.
 
* * *
В начале 1990-х годов во всей системе российского образования четко проявилась тенденция к увеличению числа специальностей. Челябинский монтажный колледж не стал исключением из этого процесса. За пять пореформенных лет количество специальностей увеличилось с 5-ти до 16-ти – как по техническим направлениям, так и экономическим.
 
Здесь тоже пришлось буквально пройти по острию ножа. С одной стороны, не расширяясь, не занимая новые ниши на рынке образования, консервативно надеясь на востребованность узкой специализации, можно было легко оказаться на задворках современных образовательных услуг. С другой стороны, требовались силы, чтобы преодолеть «искушение многообразием» и не распылять свой базовый профиль. Поэтому и выбирали такие новые специальности, которые бы тесно примыкали к строительству и монтажу.
 
* * *
- С обрушением Советского Союза в 1991 году оказались утерянными не только хозяйственные связи. Серьезной бедой, препятствием к развитию стало отсутствие координирующего центра. Конечно, можно по жизни вариться в собственном соку и не понимать, что это – тупик. Мы тогда очень остро почувствовали, что без взаимодействия, без объединяющей организационной структуры на уровне страны нам придется крайне тяжело.
 
В марте 1992 года в Екатеринбурге прошло уникальное совещание, на десятилетие предопределившее динамику развития учреждений среднего специального образования в строительной сфере. - Это был, в полном смысле слова, Съезд, проведенный на базе Свердловского колледжа транспортного строительства. Здесь были представители российского Минмонтажстроя, Минтрансстроя и целого ряда других профильных министерств. Приехали руководители более ста строительных и монтажных техникумов. Приехали с одной целью – выработать общую программу действий в новых условиях. На этом съезде было принято решение объединить в методическом, организационном, правовом плане все техникумы «под крышей» Минстроя России. Там же был создан Совет директоров из 14 человек.
 
- Огромную территорию России, еще задолго до идеи полпредств и федеральных округов, мы разделили на 14 регионов, каждый из которых был представлен в Совете одним человеком. В моем «координационном подчинении» оказались четыре техникума в Челябинской области: наш колледж, строительные техникумы в Магнитогорске, Катав-Ивановске и поселке Первомайском, а также Новотроицкий строительный техникум в Оренбургской области и Омский колледж транспортного строительства.
 
Работы было очень много – менялись требования, законодательство, условия. Нужно было объединить и проанализировать накопленный «опыт выживания», чтобы выработать единые и наиболее оптимальные рекомендации. Требовалось в хорошем смысле лоббировать интересы стройтехникумов в органах исполнительной и законодательной власти.
 
- Методическая координирующая работа набрала полновесные обороты в 1994 году, когда в Москве, на федеральном уровне, была создана школа передового опыта для директоров техникумов и других организаций. На ее занятиях я выступал не как слушатель, а как лектор – благо, нашему техникуму было чем поделиться с другими. В целом, Совет директоров и созданная структура под эгидой Госстроя России дали хороший толчок развитию среднего специального образования, решали серьезные задачи, максимально упрочили связи и деловые отношения. В такой форме единый координирующий орган существовал до 2002 года, а затем вопросы средне-специального образования перешли в ведение Министерства образования и науки РФ.
 
* * *
- Безусловно, мы как губки впитывали все новое – как в строительных и монтажных технологиях производства, так и в системе образования, совершенствуя учебный процесс. Без этого никакое движение вперед невозможно. В 2000 году мы вместе с С.Л. Родионовым загорелись новой идеей – внедрить в колледже систему менеджмента качества, стандарты ISO. Прошли основательную подготовку. Я сам четыре года занимался диссертацией по данному направлению. Начинали также с нуля, хотя сегодня система управления качеством является неотъемлемой частью любого уважающего себя предприятия.
 
* * * Опыт «выживания» оказался самым разнообразным. - Когда государственное финансирование было практически парализовано, техникумы «размораживались» десятками, останавливая учебный процесс посреди года. Ощущения не из приятных. Чтобы как-то выбраться, не увязнуть в трясине хозяйственных проблем, приходилось всеми правдами-неправдами изыскивать средства. Законодательство было сырым, приходилось использовать налоговые зачетные схемы, механизмы списания долгов и множество других схем-лазеек. Мы прошли массу таких вещей, о которых в цивилизованных странах даже представления не имели…
 
* * *
Когда был снят «железный занавес» с западным миром, Россия буквально ворвалась в Европу – поначалу за сладкой и красивой жизнью, а потом, рассудив, шла уже за новыми идеями. Директора предприятий, организаций, учреждений с горящими глазами изучали европейский уклад – экономический, образовательный, правовой. Затем, по возвращении, «переживали» идеи заново вместе со своими трудовыми коллективами и производственными возможностями.
 
- Мы также выбирались за рубеж, за новыми идеями, - рассказывает И.И. Тубер. – Были в Соединенных Штатах, Франции, Германии, Финляндии. Сразу оценили, насколько прагматична там устроена система профессионального образования. В Финляндии, например, учащиеся строительных специальностей проходят не только теоретический курс или изыскивают максимальное количество литературы по профилю, но и постоянно находятся в практической плоскости. Уже на 1 курсе группа начинает строить коттедж – с котлована и фундамента. А через три года специальная комиссия принимает готовый объект – под ключ.
 
* * *
1990-е годы совершенно справедливо называют «лихими» - настолько стремительными и необратимыми оказались перемены. Одно время, поначалу реформ, мы считали, что система образования достаточно защищена государством, чтобы избежать каких-либо потрясений. Но эта иллюзия быстро рассеялась. Государству стало не до нас, рухнуло финансирование, страна находилась в политическом и экономическом коллапсе. Государственных средств едва хватало, чтобы выплачивать студентам стипендию, а преподавателям – минимальную зарплату.
 
Вскоре не только наш колледж, но и большинство учебных заведений профессионального образования захлестнули многочисленные судебные иски – чаще всего, в отношении коммунальных неплатежей и прочих бытовых расходов, которые мы вынуждены были нести, обеспечивая хоть мало-мальски учебный процесс. Вести с других колледжей больше напоминали сводку военных действий. То там, то здесь, к примеру, в середине зимы отключали здания колледжей от тепла.
 
- Нам удалось избежать не только таких радикальных мер, но даже верных отключений. Уворачивались, как могли. Во многом помогали личные связи – благодаря им удавалось договариваться об отсрочках платежей или оплату через взаимозачетные схемы. Приходилось и «воевать» с местными властями, тепловыми сетями и прочими коммунальными организациями.
 
- Мы очень быстро для себя определили: капитализм – это настоящие джунгли, нужно учиться в них ориентироваться и выживать. Первые заработанные деньги ушли на латание дыр. Затем добрую часть средств стали направлять на обновление материально-технической базы колледжа, понимая, что без этого из рыночной пучины не выплыть. Конечно, можно было какое-то время протянуть на прежнем ресурсе, прежнем потенциале. Но ведь и он далеко не безграничен.
 
С работниками колледжа, преподавателями рассчитывались по минимальной достаточности – есть такой экономический термин. Принцип минимальной достаточности предполагал, что заработная плата в колледже будет не хуже, чем в других учреждениях СПО, но и не намного лучше. В итоге уже в середине 1990-х годов сложилась ясная пропорция в использовании заработанных средств: 50 на 50 – одна половина уходила в фонд заработной платы, другая половина – на развитие колледжа. Свой первый компьютерный парк, к слову, колледж закупил именно на внебюджетные средства.
 
* * *
В 1996 году вышел закон «Об образовании», который наконец-то систематизировал, объединил прежние разрозненные пореформенные законодательные акты. - Это был великолепный для своего времени закон, который буквально удержал многие учебные заведения на краю пропасти. Главное: он разрешал нам зарабатывать и самостоятельно использовать средства в полной мере на те программы, которые мы сами разрабатывали и принимали.
 
В нем не было никакой «иждивенческой идеологии» - никто, в том числе и государство, не придет и не принесет дополнительные средства. Поэтому закон 1996 года мы использовали максимально – чтобы заработать. Прожив в таких жесточайших условиях несколько лет, мы по-настоящему закалились и, как результат, крепко встали на ноги.
 
Позднее закон «Об образовании» будет неоднократно пересматриваться, Государственная дума внесет в него многочисленные коррективы, причем, не всегда хорошие или обоснованные. В частности, серьезной «подножкой» в нормальной работе колледжа с финансами стали ограничения по использованию собственных же средств; существенно затруднил работу и перевод в систему казначейства. Определенное непонимание в колледже вызывало и постоянное желание федерального центра унифицировать финансовую деятельность учреждений среднего специального образования.
 
- Здесь не учитывалось главное: мы ведь все разные. Какой-то колледж сильнее, кто-то слабее. Кто-то совершает серьезные ошибки, по которым идут судебные разбирательства. Кто-то, напротив, ведет дело так, что комар носу не подточит. Потом, у всех разные возможности формировать свой бюджет и так далее. Государственный менеджмент, который пытаются навязать, по определению несовершенен. Государству нужно заниматься стратегическими вопросами развития, а не вести себя, как слон в посудной лавке.
 
- Многие вопросы мы способны решать самостоятельно, хотя подчас ограничения в законодательстве сковывают нашу инициативу. Финансовый вопрос является ярким тому примером. Было время, когда мы держали заработанные средства на счетах в коммерческих банках и всегда могли их снять. Мы брали кредиты и возвращали их – у колледжа отличная кредитная история. Наконец, мы всегда неплохо зарабатывали, и даже в условиях софинансирования тех или иных программ наш взнос был выше, чем объем государственных вложений.
 
* * *
Эпоха Б.Н. Ельцина, хотя ее и принято ныне почти огульно критиковать, на самом деле была хороша по-своему. Например, вовремя был введен мораторий на приватизацию зданий и помещений образовательных учреждений. Это спасло техникумы и колледжи от многих неприятностей, особенно в части передела собственности, который в пореформенной России зачастую носил явно выраженный криминальный характер.
 
Тем не менее, эта эпоха была и остается в памяти именно как эпоха выживания. Лишь с началом нового века сменились вопросы: вместо прежнего «как выжить» появился вопрос «Как жить дальше?» - куда идти, какие выбрать приоритеты, что необходимо для успешной работы? Начиналась эпоха развития, когда на повестке дня встали фундаментальные вещи, о которых раньше даже не задумывались.
 
- Время развития, безусловно, началось с президентства В.В. Путина, с 2000 года, - говорит И.И. Тубер. – Помню, нас собрали тогда в Кремле – как раз в разгар подготовки к выборам Президента. На большой и представительный Съезд работников образования делегация нашей области ехала в Москву во главе с первым заместителем губернатора А.Н. Косиловым. Именно на Съезде я первый раз увидел В.В. Путина. Он обратился к делегатам Съезда с речью, в которой поставил новые задачи и высказал свое видение системы образования в новых условиях.
 
Вячеслав ЛЮТОВ, Олег ВЕПРЕВ

 
Категория: Из материалов к книге "Челябинский монтажный колледж. Страницы истории". | Добавил: кузнец
Просмотров: 315 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: