Главная » Статьи » Забытые тайны Южного Урала » На революционном переломе

ЧК, ЧОН И ДРУГИЕ
Сегодня, когда жизнь научила чувствовать угрозы национальной безопасности, а деятельность спецслужб, согласно данным Фонда общественного мнения, большинство опрошенных оценивает положительно, стоит - в который раз - пересмотреть историю заново. Прочитать ее с одной простой и ясной мыслью: каждая историческая эпоха определяет безопасность по-своему.
 
20 декабря 1917 года, в первый день Всероссийской чрезвычайной комиссии, большевики определили ее как борьбу с контрреволюцией и саботажем в Советской России. В Челябинской губернии ЧК появится лишь спустя полтора года…
 
Летом 1919 года Челябинск напоминал растревоженный муравейник – огромное скопление воинских эшелонов на вокзале, растянувшиеся на десятки километров обозы, запруженные людьми, телегами, лошадьми улицы – такого «вавилонского столпотворения» бывший уездный городок никогда не знал и не был к нему готов. Всю полноту власти принял тогда Военно-Революционный комитет, в задачи которого входило скорейшее установление гражданских органов власти.
 
Однако только в сентябре 1919 года, когда утрясется новое административное деление и Челябинск будет объявлен губернским городом, появятся все необходимые отделы губревкома, в том числе и ГубЧК, основу которой составят резервисты штаба 5-й Красной Армии.
 
Решение Военно-революционного комитета Челябинска о создании в городе Чрезвычайной комиссии с полномочиями губернской датируется 1 августа 1919 года. Соответственно, в уездах были созданы все необходимые «ведомственные структуры» -- Троицкая, Кустанайская, Курганская, Миасская, Верхнеуральская уездные ЧК (позднее переименованные в уездные Политбюро).
 
Кто возглавлял первый состав Челябинской губернской ЧК? О ее первом председателе Бояршинове известно немного, да и особого следа в памяти южноуральских чекистов он не оставил – так, по меньшей мере, следует из их воспоминаний, представленных сегодня в книге «Государственная безопасность: Три века на Южном Урале». Бояршинов, по уточненным данным, относился к крылу левых эсеров, а потому его карьера, с точки зрения большевистской политики, была обречена.
 
Следом поставленный предгубчека Герцман был номенклатурой губкома партии. И хотя им были подписаны основные документы по ликвидации Курганско-Ишимского восстания, большим весом и популярностью в среде чекистов он также не пользовался.
 
Зато ни один чекист не обошел в своих воспоминаниях имя его заместителя – Андрея Петровича Коростина. Он приехал в Челябинск по непосредственной рекомендации Дзержинского с целью сформировать первый состав всех уездных ЧК Челябинской губернии. Возглавив Особый секретный отдел губчека, он, по сути, взял управление губчека в свои руки, решая наиболее сложные вопросы, такие, как борьба с бандитизмом, выполнение продразверстки, создание информационно-агентурной сети и большинство организационных вопросов.
 
Он будет назначен председателем Губчека в феврале 1922 года, затем, после реорганизации ВЧК в ОГПУ, возглавит Челябинский окружной отдел ОГПУ
 
А.П. Коростин
 
О первых шагах губернской ЧК расскажет в своих воспоминаниях Василий Маланов: «В Челябинской губчека с первых дней ее организации после освобождения Челябинска и районов, входящих в губернию, от колчаковской армии и других белогвардейских банд, численность оперативного состава сотрудников отделов была очень небольшой, 3-5 уполномоченных на отдел, в том числе в Особом отделе и КРО.
 
Первой задачей, поставленной перед нами, стало обслуживание военных гарнизонов как в Челябинске, так и в уездах губернии (Кургане, Троицке, Верхнеуральске). В большинстве оперативный состав всех отделов губчека был исключительно работоспособный, значительная часть – участники Октябрьской революции и гражданской войны – Коростин, Грязнов, Татаркин, Муравьев, Россинский, Агалаков, Заправский, братья Касьяновы, Клочков, Аравицкий.
 
В работе оперативных отделов осуществлялась тесная связь и взаимодействие при выполнении оперативных заданий. Независимо, по какому отделу операция проходила, включался весь оперативный состав, не считаясь со временем дня и ночи…»
 
«Нужно отдать должное хорошему и умелому руководству работой чекистов председателя губчека Коростина Андрея Петровича, -- добавляет Маланов. -- Он уделял большое внимание воспитанию чекистских кадров путем проведения совещаний, инструктирования и дачи указаний по конкретным материалам агентурных разработок, а также в процессе следствия по делам».
 
Кроме того, почти все чекисты первого состава отмечают заслугу Председателя губчека именно как отличного координатора.
 
Это тем более важно, что помимо губернской и уездных ЧК создавался целый ряд иных подразделений, дополняющих деятельность ЧК и содействующих в борьбе с контрреволюцией.
 
Уже давно стало расхожим мнение, что железная дорога является своеобразным «государством в государстве» – своя четкая корпоративная структура, «задержаться» в которой суждено далеко не каждому, своя система связи, своя охрана, своя служба безопасности, своя милиция. В этом смысле Линейная транспортная ЧК, хотя и прошедшая целый ряд различных преобразований, сохраняла всегда свое «обособленное положение».
 
Сотрудники транспортной ЧК вспоминали, что «круг забот сотрудника особых поручений и уполномоченного по общим делам был очень широк: здесь и борьба против контрреволюционных элементов, спекулянтов, выявление саботажников, розыск изменников и предателей родины а также борьба с беспризорностью. Тысячи и тысячи детей, потерявших свои семьи, жили в самых тяжелейших условиях: на кладбищах, в вокзалах и в угольных ящиках под вагонами…»
 
Иван Завьялов рассказывал, что много проблем Челябинской ОРТЧК доставляли всевозможные беженцы с Востока, среди которых были бывшие белогвардейцы, провозившие оружие и награбленные ценности. Для проверок пассажиров был сформирован политконтроль, в полномочия которого входил и арест любых подозрительных лиц.
 
«Припоминается такой случай, -- писал Завьялов. -- Из Владивостока пробирался человек, который вез с собой золото в слитках. По дороге он неоднократно подвергался проверкам, но ничего найти не удавалось. Приехав в Челябинск, этого человека пришлось пригласить в ЧК. Для него это было не ново. Но в отделении я, как столяр, обратил внимание начальника на самодельный деревянный сундучок, с которым ехал задержанный. По тем временам это не было исключением, но мне показались подозрительными стенки и дно сундучка. К нашему удовлетворению в стенках и дне сундучка были хорошо замаскированы слитки золота».
 
«Единичные случаи контрреволюции» вскоре перерастут в вооруженные восстания с захватом станций, переездов, разбором железнодорожных путей, настоящей «рельсовой войной», чинимой всевозможными бандформированиями.
 
В этих условиях совершенно особой структурой, призванной содействовать полномасштабным операциям чека и мобильно реагировать на любые контрреволюционные выступления, стали Части особого назначения (ЧОН). Они формировались на местах – в крупных городах и уездных центрах – из числа коммунистов и комсомольцев.
 
В конце 1919 года на территории Челябинской губернии был образован специальный штаб ЧОН; общее руководство коммунистическими отрядами осуществлял губком РКП, высшее политическое – Совет ЧОН РСФСР.
 
«Звездным часом» чоновцев станут 1920-21 годы – эпоха ликвидации всевозможных банд, численность которых иногда достигала двух тысяч человек. Тогда на Южном Урале было создано четыре укрепрайона – Челябинский, Троицкий, Уфимский и Оренбургский – которые и скоординировали деятельность частей особого назначения. Непосредственная ответственность за слаженность действий ЧОН была возложена на командующего войсками ЧОН Приуральского военного округа Э. Кадомцева, а впоследствии – на Челябинского губвоенкома Б. Каврайского.
 
Отряд ЧОН
 
К концу 1919 года в Челябинской губернии, таким образом, были сформированы основные силы по борьбе с контрреволюцией и бандитизмом. Этот «карающий меч революции» был безусловным сплавом политического и классового сознания.
 
Сегодня можно по-разному относиться к «жестокой романтике» революционного времени, но ясно одно – «концепция национальной безопасности» молодого советского государства, как ее искренне понимали первые сотрудники новых спецслужб, была реализована на практике. Что было потом – это уже другой мир и другая история…
 
Вячеслав ЛЮТОВ Олег ВЕПРЕВ
Категория: На революционном переломе | Добавил: кузнец (27.02.2010)
Просмотров: 909 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: