Главная » Статьи » Южноуральский биограф » Классики (XVII-XX вв.)

ПОКРОВСКИЕ (статья первая)
 
 В истории российских городов не так много случаев, когда за какие-то «смешные» для истории двадцать лет в корне менялся городской уклад, превращаясь из гадкого захолустного утенка в прекрасного лебедя, как это произошло с Челябинском на рубеже XIX-XX веков. В год 275-летия города стоит рассказать о людях, которые эту великолепную перемену совершили. Именно Покровским, по словам А.Ф. Бейвеля, «уездная Челяба обязана своим превращением в крупный торгово-промышленный и культурный центр…»
 
ОСНОВАТЕЛЬ ДИНАСТИИ
 
Как появился в захолустном степном городишке Корнилий Иванович Покровский – теперь только одному Богу известно. Хотя одна легенда все же существует.
 
Известный краевед Борис Тимофеевич Уткин, который полжизни посвятил «розыску» Покровских, писал: «Врач К.И. Покровский, разночинец, по рассказам старожилов, /был сослан/ якобы самим Николаем I за какую-то махинацию с казенным имуществом». Хотя переворошив в архивах списки лиц, сосланных в Оренбургскую губернию, Б.Т. Уткин имени Покровского не нашел.
 
Конечно, петербургские заводы или здание Сената Корнилий Иванович не продавал. По словам протоиерея Александра Протасова, лично знакомого с Корнилием Ивановичем, «было какое-то темное дело с гуртом казенных баранов. И он был предан суду, но родственник его, какой-то Жуковский, хлопотал о нем. Николай I уступил и сказал: - Суда на Покровском не будет, но он умер для меня…»
 
Как бы то ни было, легенда свидетельствует - молодой студент-медик Корнилий Покровский был далеко не из черного сословия и тем более не был неучем, если за него вступился будущий сенатор Н.В. Жуковский, сын одного из первых челябинских врачей и организаторов городского здравоохранения.
 
 На Урале Корнилий Иванович Покровский, скорее всего, с 1831 года. Дипломированный специалист, лекарь, чье имя впервые появилось в ежегодном «Российском медицинском списке», он обосновался не где-нибудь в глухомани – а в Златоусте, в пору расцвета таланта Павла Аносова. И не санитаром – а заведующим Златоустовским горнозаводским госпиталем.
 
Он – на виду. Иначе и быть не могло. Определенный «опальный ореол», легенда в декабристском духе за ним имеются и на женщин действуют безотказно. Хотя от столичных франтов его отличает обстоятельность, с которой он подходит к жизни и быту; «стреляный воробей», которого на мякине не проведешь; умный человек, не скрывающий, что знаний ему не хватает, и не стесняющийся книги.
 
Казалось бы, чего желать молодому изгнаннику, пригретому в хорошей должности, в «столичном» по тем меркам южноуральском городе, который только ковал оружейную славу России? Ан нет. В 1836 году Покровский пишет прошение на имя Павла Аносова с просьбой «переместиться на открывающуюся вакансию челябинского штабс-лекаря». Из Златоуста – да в Челябинск, etc!.. Аносов с недовольством подписал – посмотрел, как на сумасшедшего; коллеги Покровского, как бы это было сейчас, недоуменно покрутили пальцем у виска…
 
 
В 1837 году ему было поручено возглавить Челябинскую городскую больницу.
Корнилий Иванович Покровский в Челябинске не на пустом месте начинал – до него больницей заведовал Василий Григорьевич Жуковский, человек легендарный и уникальный. Первую в Челябинске больницу он организовал еще в 1828 году, а его дом стал настоящим культурным центром.
 
Более того, его имя в истории российской медицины, наряду с С.С. Андреевским, тесно связано с изучением и лечением сибирской язвы – когда Андреевский сделал себе смертельно опасную прививку самозаражения, Жуковский обстоятельно записывал ход болезни в «смертный листок» (историю болезни), выходил Андреевского и поставил его на ноги. Таким предшественникам нужно было «соответствовать».
 
Челябинской городской больнице Корнилий Иванович отдаст почти четверть века. Он первым в Челябинске начнет заниматься хирургической практикой. Тот же самый вырезанный аппендицит, что мы сегодня считаем занятием для первокурсных студентов, для того времени было настоящим откровением.
 
Как главврач, он «проел плешь» городской думе – мол, больница может нормально работать лишь тогда, когда у врача все под рукой. В 1838 году Покровский добился, чтобы выделили 500 рублей на приобретение медицинских инструментов – колоссальная сумма, если учитывать, что на содержание больницы в том же году ушло чуть более 300 рублей! Такой модернизации челябинская медицина еще не знала…
 
 НАЧАЛО ЭКОНОМИЧЕСКИХ ЧУДЕС
 
Сейчас сложно сказать – то ли медицинская стезя стала для Корнилия Покровского слишком малой, то ли житейская практика «не складывать все яйца в одну корзину» дала о себе знать, но он решил пустить заработанные врачебной практикой средства в дело. С этого решения и начинается экономическое родословие Покровских.
 
Прежде всего, Корнилий Иванович присмотрел землю – в пригороде Челябинска он купил у казаков около 600 десятин. Бог знает, как сложится медицинская практика, а здесь: жизнь растет – жизнь кормит…
 
Растет и семья. О его жене – Александре Васильевне – правда, не известно ровным счетом ничего, кроме маленькой ремарки в книге-каталоге по библиотеке Покровским: «почтосодержательница в Челябинске». В 1834 году, еще в Златоусте, у Покровских родится дочь Раиса. В 1843 году появится сын Владимир, самый знаменитый из Покровских, затем, 1844 году – Иван, крепкий помощник старшему брату, потом, в 1849 году – Павел, и дальше младшие: Николай, Василий, дочь Магдалина.
 
Надо сказать, что Корнилий Иванович, по меркам уездного 5-тысячного Челябинска, был человеком вполне расторопным. К примеру, хорошо отстроившись, он сдал квартиру в своем доме «для помещения городнического правления» - как мы понимаем, под «участковых милиционеров»: и деньги идут, и безопасность под рукой.
 
Потом, наступив на горло песне врача (благо, не нарколога), арендовал питейный дом и занимался виноторговлей. В общем, деньги были. Но их объемы существенно изменятся.
 
В 1861 году К.И. Покровский лично представит Оренбургскому губернатору А.П. Безаку записку, которая к лекарскому делу не имела никакого отношения, - «О развитии золотопромышленности в Оренбургской губернии». Им было о чем поговорить – конкретно, внятно, по существу. Чудо в том, что к Безаку приехал не медико-хирург Корнилий Покровский, а будущий настоящий золотопромышленник…
 
ГРАДСКИЙ ПРИИСК
 
Своим первоначальным капиталом будущий торговый дом братьев Покровских обязан золотой Лысой горе, что находилась между Шершнями и Градским прииском. Собственно, горы особой не было – так, пригорок. Его и приобрел Корнилий Покровский в 1863 году.
 
В то время в России как раз идет активная скупка залежей различных руд и, в первую очередь, золотоносных участков. Корнилий Иванович, как сказали бы сейчас, почувствовал перспективный тренд и решил вложиться.
 
Он, стоит думать, обложился книгами и съездил в «неметчину» - посмотреть, как там устроены шахтные дела. Дело в том, что до Покровских гора не знала шахтного способа добычи золота – старатели просто пробивали дудки на наудачу. Доверяться провидению Корнилий Иванович не стал - затеял шахты, предпочитая фарт ловить наверняка, и поставил близ Градского прииска две фабрики, чтобы лучше можно было отмывать «трудное» кварцевое золото.
 
 
Расцвет прииска будет связан уже с именем Владимира Корнильевича, старшего сына. Именно он развернет на Лысой горе настоящие инвестиционные проекты. В 1891 году, к примеру, Владимир Корнильевич пригласил для участия в деле французов, а с 1905 года шахты оснастились американским оборудованием с привлечением инженеров для работы на нем. К слову, во всей качкарской системе прииски Покровских оказались наиболее механизированными, а на работу Владимир Корнильевич принимал лишь компетентных людей.
 
Впрочем, это будет много позднее. А пока, в середине XIX века, скупив казацкие земли, основатель династии Корнилий Иванович Покровский предпринял еще одно очень важное начинание.
 
ЭКОНОМИЯ МИХАЙЛОВСКАЯ
 
 Хутор Михайловский был расположен в семи километрах от Челябинска по Уфимскому тракту - там, где сейчас плещутся волны Шершневского водохранилища. Земли здесь были добротными, ухоженными. Но одного благодатного места для дела мало - Корнилий Иванович задался целью создать идеальное хозяйство.
 
И это ему удалось. На «Михайловскую экономию» - а именно так называлось хозяйство – равнялись другие производители, завидуя белой завистью. И вправду, тут было, чему разбежаться глазам. Имение Покровского было весьма крупным по тем временам, занимало площадь в 1780 десятин – почти две тысячи гектаров.
 
 Особенности рискованного уральского климата были учтены. На хуторе развивалось полеводство с четырехпольным севооборотом, чтобы производить улучшенные сорта семян. Работало лесное хозяйство, молочная ферма, конный завод. Были свои мельница, маслозавод и винокурня, которые считались крупнейшими в Челябинске. В хозяйстве Покровских были и мастерские: слесарная, столярная и кузнечная.
 
О «качестве» подворья Покровских ходили легенды. Так, Константин Теплоухов вспоминал, что подарил своей жене, любительнице коров, телочку из Михайловского: «Меня осенило, - пишет К.Теплоухов, - подарить ей на именины корову из стада Покровских! У них пышное скотоводство, много породистых коров, купленных на выставках, - ведут родословные, выдают аттестаты…»
 
Дальше все будет на взлете – лучшие семена, лучшее хозяйство… В 1896 году, когда С.Ю. Витте совершал поездку по Уралу и сделал остановку в Челябинске, то 23 августа он специально, с целью ознакомиться подробно, посетил «экономию» Покровских и был приятно поражен размахом, четкостью и глубиной хозяйствования. Его, конечно, угостили от души…
 
Потом, в начале ХХ века, будут блестящие триумфы. Однако Корнилию Ивановичу не удалось дожить до этих больших побед – нельзя требовать с природы невозможного. Он умер 24 сентября 1873 года. В его честь Министерство народного просвещения – а Корнилий Иванович сыскал себя и на этой ниве – разрешило установить его портрет в Челябинской женской прогимназии и ежегодно проводить панихиду в день его смерти…
 
Вячеслав ЛЮТОВ Олег ВЕПРЕВ
Категория: Классики (XVII-XX вв.) | Добавил: кузнец (05.05.2011)
Просмотров: 815 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: