Главная » Статьи » Южноуральские путевые заметки » Вокруг "Сороковки"

Куяш

Солнечное блюдце

Озеро Куяш невозможно не заметить – большое блюдце в четыре километра в диаметре, наполненное солнечной водой, оно отвлекает водителя от трассы, притягивает, пленяет. Чистые пологие берега, с редким тростником, кустами рябины, боярышника и калины; в округе – березняки и осинники; в глубине озера: карась, щука, плотва, карп, ерш; и три деревни на берегу…

Озеро Куяш

Это не единственное озеро с таким названием – есть Большой Куяш, на берегу которого расположилось село Огневское в нескольких километрах от Багаряка. А на обычном, нашем, Куяше – село Большой Куяш. Вот путники и путают.

Путаются и в самом топониме. Одни слышат в Куяше пуштунский «родник в каменном месте», другие – угро-финское или марийское слово «мелкий» (кстати, глубина озера до 6 метров), третьи – башкирский «шалаш», четвертые – распространенное тюркское мужское имя «Коаш»: «солнечный». Последнее толкование прижилось лучше всего…

Участок у дороги

Во второй половине XVIII века здешние места становятся весьма «привлекательными для инвестиций в недвижимость» - все более оживленной становится дорога из Екатеринбурга к Челябинской крепости, рядом Каслинский и Кыштымский заводы, да и с башкирами всегда можно сторговаться по земельным участкам – были бы деньги.

По Челябинской дорожке возникают сразу несколько «поместий»: Клеопино, Воздвиженка, Тюбук, Куяш. Вместе с ними приходит и крепостной характер поселений, столь редкий для вольной сибирской земли. Принцип «настойчивого обрусения» бывших башкирских вотчин, по словам Д.Н. Мамина-Сибиряка, реализовывался через масштабное закрепление земель – точнее, их покупку и передачу в частное, поместное владение. Вот и потянулись на Челябинскую дорожку богатенькие чиновники из Екатеринбурга, земские деятели, предприимчивые купцы, состоятельные заводчики.

Как свидетельствуют источники, 19 сентября 1776  года на земли вокруг Куяша была совершена купчая – у 12 башкирских старшин 30 тысяч десятин за 1700 рублей приобрел помещик Алексей Федорович Турчанинов…

Куплено Турчаниновым

Это был далеко не простой помещик, гонявший палкой своих крепостных. Алексей Федорович Турчанинов – это фигура, прочно вошедшая в сказы П. Бажова. Турчанинов, поставлявший ко двору Елизаветы медную посуду, оказался весьма предприимчивым человеком: ему принадлежали Сысертский, Полевской, Северский заводы и богатый Гумешевский рудник.

А.Ф. Турчанинов

По Челябинской дорожке его первым крупным приобретением стало нынешнее село Воздвиженское, а самым южным - Куяш и деревушки рядом: Темряс, Кажакуль, Урукуль. Покупать было на что и было зачем: у Алексея Федоровича восемь детей – сыновьям капитал оставить, дочерям – приданое.

Большие семьи для историков оборачиваются большой путаницей. К тому же сам Турчанинов в имениях, судя по всему, бывал редко, перепоручая руководство то жене, Филанцете Степановне, то приказчикам, то повзрослевшим детям. Поэтому вполне можно понять сложности, настигшие молодую научную экспедицию Челябинской православной гимназии, взявшуюся за историю храма в селе Большой Куяш, которой мы с благодарностью и пользуемся…

Свои люди

«Обрусение» Куяша шло достаточно стандартным образом и согласно нравам тех времен. Сразу же после покупки земли, Турчанинов перевез на новое место жительства первые 15 семей из своих крепостных владений в Тамбовской и Пензенской губерниях. Расселил сначала на восточном берегу, там, где сегодня деревня Малый Куяш, затем – на западном. Местные жители рассказывают, что среди первых пяти семей, построивших свои домики на берегу озера, были  тамбовские первопоселенцы – Косоротовы и Щербатовы, а их потомки в селе живут до сих пор.

При всех изломах крепостничества, семьи, сорванные Турчаниновым с насиженных мест, все же смогли оценить выбор барина: изумительные по красоте места, богатые рыбой озера, со всех сторон – леса, полные дичи, грибов и ягод. Село на берегу солнечного озера богатело день ото дня. И было отчего: в округе масса строительного леса, камень, залежи чудесной глины.

Озеро Куяш

К концу XVIII века Куяш стал достаточно крупным селом, в котором проживало свыше тысячи человек. Здесь появился свой конный завод, где Турчанинов выращивал рысаков орловской породы. Со временем в Куяше появились лесничество, почтовая станция, волостная управа, а затем потянулись купцы со своими лавками, в которых продавали продукты и промтовары.

В общем, жизнь наладилась быстро…

Буквой «Е»

В крепостном имении первая достопримечательность – барская усадьба: именно по ней судят, хорошо ли у хозяина идут дела и стоит ли с ним иметь дело.

Турчанинов взялся за строительство помещичьей усадьбы основательно – на следующий год после подписания купчей крепости. Усадьбу строили в классическом стиле, в два этажа, без особых изысков, но основательно. Правда, было одно необычное архитектурное решение: усадьба строилась в виде буквы «Е» - в честь Екатерины II, покровительницы, даровавшей А.Ф. Турчанинову дворянский титул. Со строительством усадьбы управились за два года.

Уже много позднее смерти А.Ф. Турчанинова, его наследники продали усадьбу и земли помещику Метелеву, тот, в свою очередь,  - помещикам Лаптеву и Чикину. Последним владельцем Куяша был Оленев. Он запомнился тем, что на свои средства построил в 1912 году памятник Александру II – гранитную тумбу с бюстом царя на мраморном основании. Свой первый революционный год этот памятник не пережил…

Добрый был барин…

И все же, возвращаясь, скажем, что именно Турчанинов оставил в «памяти места» наиболее весомый след. О нем вообще ходили легенды – добрый был барин. Что в имениях, что на заводах он прослыл достаточно либеральным человеком. Например, жителям бесплатно отпускался строевой лес, жерди, дрова, выделялись покосы, а рабочие в той же Сысерти раз в году имели месячный отпуск с содержанием на всю семью. Причем, заводовладелец требовал от своих служащих, чтоб к мастеровым относились справедливо и не обременяли их непосильными работами. Рассказывают также, что при Турчанинове появились в Сысерти зоопарк, зимний ботанический сад, минералогический и археологический музеи, научная библиотека.

Куяш тоже не был обделен заботой, а о либеральной «фамильной черте» потомков Турчаниновых с недовольством высказался Александр I – мол, «Турчаниновы сами делают поблажки рабочим, подавая тем самым дурной пример для мастеровых других заводов». Жестче с людьми надо, жестче…

Алексей Федорович Турчанинов умер в 1787 году и был похоронен в Петербурге. Большой Куяш в XIX веке расцветал уже стараниями его жены и дочери.

Могила А.Ф. Турчанинова в Петербурге

День независимости

Рост благосостояния во многом зависит от изменения статуса – что сейчас, что раньше. Вечно ходить в «деревенских» куяшцы не собирались, да и владельцам был более выгоден респектабельный статус села. Но для этого требовалось построить церковь.

Первоначально Куяшское селение принадлежало приходу Каслинского завода – там велись службы, составлялись метрики, проходили венчания и крестины. Инициатором создания самостоятельного прихода, независимого от Каслей, стала барыня Филанцета Степановна Турчанинова – под ее властным оком 19 сентября 1807 года был заложен храм в честь Рождества Христова. Эта дата и стала началом уже сельской истории Большого Куяша.

Христорождественский храм построили быстро, но вышло не слишком удачно – храм оказался небольшим, тесным и не справлялся с растущим приходом. К тому же не понравился Турчаниновой своим неказистым видом, если уже через пять лет она решилась на новое строительство.

Во славу героев 1812 года

Новый храм в честь Покрова Пресвятой Богородицы был заложен 27 июля 1812 года – в лихую годину: спустя всего месяц, после того как наполеоновские войска перешли Неман. Название выбрано не случайно – считалось, что Державный Покров Божьей Матери сможет уберечь русский народ от уничтожения и указать путь к победе над врагами.

Этот путь был необходим – еще не отгремело Бородино, еще не была сожжена Москва, еще только предстояли победы русского оружия. Ф.С. Турчанинова не ошиблась, уверовав в свой Покровский храм и прочно увязав его с Отечественной войной. Он и по сей день является единственным на Южном Урале храмом во славу героев 1812 года.

Храм в Куяше (после реконструкции)

Храм вышел не просто просторным. Белый с синими куполами, он напоминал собой плывущий корабль. Чтобы храм мог отражаться в озере, жители вручную насыпали огромный земляной холм. И новый, и старый храмы стали единым архитектурным ансамблем, окруженным деревянной изгородью на каменном цоколе. Через ров были переброшены два каменных моста с перилами, один из которых вел к большому каменному крыльцу. Храм украшали два больших позолоченных креста и богатый иконостас. На звоннице разместили семь колоколов, самый большой – больше тонны. Рассказывают, что звон Покровской церкви был слышен за 25 верст. И не только звон. По преданию, в престольный праздник с храмовой горы стреляла большая пушка, разгонявшая злых духов и защищавшая мирян от козней лукавого.

Имя человека, спроектировавшего Покровский храм, к сожалению, остается неизвестным. Упоминался некий зодчий, ученик петербургского архитектора Казакова. Но скорее всего, храм проектировали «всем миром» - «местные мастера обращали внимание на лучшие образцы архитектуры своего времени и комбинировали понравившиеся идеи в единое целое».

Куяш, Покровское то ж…

Новый храм дал селу и новое название – Покровское. Таким оно и значится с 1812 года. Естественно, храм был центром жизни всего села. Священники скрупулезно вели «житейскую канцелярию», отмечая обвенчавшихся, родившихся и умерших.

Храм понемногу обзаводился своими реликвиями. Например, сын Анны Турчаниновой (в замужестве Зубовой), к которой Куяшское имение перешло после смерти Фелискеты Степановны, Алексей Зубов передал в дар храму святыню - часть Животворящего креста, вложенную в древний серебряный крест и ковчег. Хранился в храме и серебряный, позолоченный крест с частицами святых мощей, что говорило о высоком статусе Покровской церкви.

В Куяше

Мятущиеся времена

Жестокий ХХ век не был благосклонен к Куяшу. В годы революции и гражданской войны здесь шли ожесточенные бои, сменившиеся «белым террором». Старожилы рассказывали, что колчаковцы расстреливали сочувствующих большевикам разрывными пулями. Потом пришел черед советских преобразований – первым делом они переименовали село Покровское обратно в Большой Куяш и прирезали к национальному Аргаяшскому кантону.

Наконец, в 1930-х годах село накрыла волна антирелигиозной кампании. Осенью 1936 года Покровскую церковь закрыли, а настоятеля отца Кирилла объявили врагом народа и арестовали. У отца Кирилла, как вспоминали в селе, была большая семья, много ребятишек, а жили в тесноте и нищете. После ареста батюшки, семьи вывезли из села в неизвестном направлении…

Крест на солнце

А дальше началась борьба с самим храмом. Как вспоминал учитель истории Михаил Аникин, старинные иконы с позолотой и утварь для богослужений погрузили в повозки и увезли в Челябинск, а богатейшую церковную библиотеку разорили, книги вывалили во двор. Он тогда был мальчишкой и сумел спрятать «Сотворение мира» на старославянском языке…

Последними с храма были сброшены колокола, купола и кресты. Сохранилась легенда, что когда за ними приехала машина, то крестов не оказалось – словно они «вознеслись на небо». Зато все, кто помогал снимать кресты с церкви, через некоторое время умерли – «Бог покарал…».

Вокруг «пропажи» сложились свои легенды. Одни говорили, что церковные ценности были спрятаны в таинственном подземном ходе под озером, который выходил на другом берегу – между деревнями Голубинка и Малый Куяш, хотя найти его никому не удалось. Другие рассказывали, что однажды в Куяш под Новый год приехал из Франции внук священника, долго бродил по храму – а затем на вокзале в Челябинске его задержали чекисты с полным чемоданом драгоценностей.

Как бы то ни было, жестокость века не отменишь и не забудешь. Уже в наши дни при реконструкции храма в земле был обнаружен позеленевший от времени православный крест. На этом месте летом 2009 года был открыт памятник репрессированным священнослужителям. Известный челябинский художник Евгений Варгот нарисовал его в виде креста на фоне солнца…

Памятник репрессированным священникам в Куяше

Улица Кашина

Впрочем, в те далекие всех примирит Великая Отечественная война. Из села Большой Куяш на фронт ушли 337 человек, а вернулись 136 – вернулись с орденами и медалями. Среди них – Николай Иванович Кашин, Герой Советского Союза, чьим именем названа одна из улиц села.

Н.И. Кашин

Он родился в большой семье, был самым младшим из пяти братьев и трех сестер. «Жили Кашины бедно, родители рано приучали детей к труду. Николай хорошо играл на гармошке, закаляя свой характер, бегал на лыжах, с лёгкостью переплывал озеро. Закончив семь классов, работал в семейной бригаде комбайнером. На фронт ушел в неполные 19 лет – как раз пришла похоронка на старшего брата. Ушел, оставив беременной молодую жену…»

Сержант, помощник комвзвода пешей разведки, он отличится при форсировании Днепра. Перебравшись ночью через реку, Кашин с расчетом закрепился на крутом берегу, отбив у врага пулемет с полным боекомплектом и развернув его в сторону противника. Затем – целый день обороняли плацдарм от ожесточенных атак врага, одновременно корректируя огонь нашей артиллерии. Лишь на следующее утро подошло подкрепление.

В тот день Николай писал жене Варе: «Вы, должно быть, не поверите, если скажу, что голова моя покрылась сединой. Я и сам сперва не поверил, как ребята сказали. Потом увидел себя в зеркальце, даже посмеялся. Вот как бывает на войне…»

Он погибнет в декабре 1943 года – двадцатилетним героем…

Памятник Н.И. Кашину

Возвращение храма…

История, к счастью, многое расставляет обратно по своим местам. На перестроечную эйфорию грустно смотрела полуразрушенная Покровская церковь – покосившиеся каменные плиты, битый кирпич, обвалившаяся штукатурка, разбитая лестница и гулкое воркование голубей…

Храм в Куяше до реставрации

Возрождение храма начиналось медленно. В годы развала Советского Союза жители попытались было собрать деньги, чтобы приступить к восстановительным работам – кто по пять, кто по десять рублей. Но накопленные средства съели сначала инфляция, потом дефолт конца 1990-х годов. Пройдет еще десять лет, прежде чем в храме впервые после многолетнего перерыва Кыштымский протоиерей Георгий совершит таинство Крещения.

С этого момента начинается возвращение храма. Его предполагалось восстановить в первозданном виде – как храмовый комплекс из двух церквей: Христорождественской и Покровской. Проект реставрации разработали студенты архитектурного факультета ЮУрГУ. Рассказывают, что когда архиепископ Златоустовский и Челябинский Феофан впервые увидел храм в Куяше, посвященный победе над Наполеоном, то сокрушенно сказал:

- Как же так! Уж такие-то памятники мы обязаны сохранять! Грядет 200 лет Победы в Отечественной войне 1812 года, и с чем мы придем? С разрушенным храмом? Встали бы наши те предки, которые этот храм возводили в этом прекрасном месте, и, пожалуй, отстегали бы нас всех…

Проект реконструкции

…куполов…

Тяжелей всего пришлось с Христорождественской церковью – она была практически полностью разрушена, что в ней с трудом можно было разглядеть черты бывшего храма. Но и здесь работа закипела. Помогали жители Озерска, из других городов Челябинской и Свердловской областей. Люди штукатурили, белили, красили. Кстати, озерчане помогут и с церковной утварью.

Позднее архиепископ Феофан вновь приехал в Куяш – благословить установку купола. «Как оказалось, установить купол на храме – задача не из легких, - рассказывали журналисты. - Сделанный в Трехгорном 500-килограмовый святой груз из нитрита титана поднимали автокраном. Зрелище было настолько интересным, что никто из местных не спешил расходиться даже после того, как владыка уехал. «Ну, герои-мужики…» – слышится в толпе. И невольно соглашаешься, что работа высотников без страховки вызывает неоднозначные эмоции. И страшно, и веришь, что с теми, кто залез на крышу храма, ничего случиться не может - ведь святое дело делают…»

Установка куполов

…и звонницы

На протяжении всей реконструкции комплекса, у людей была одна мечта – поскорее бы услышать звон колоколов. Их устанавливают в последнюю очередь – когда уже «стоят на своих местах окна и двери, стены оштукатурены и побелены, на куполе красуется золотая маковка, а на колокольне – шпиль с крестом…»

Деньги на колокола собирали всем селом и окрестными деревнями. Как признался настоятель храма, народ откликнулся так быстро и массово, как никто не мог ожидать: «Собирали по 1000, по 500, по 10 тысяч. Кто-то несколько колоколов оплатил. Буквально в короткий срок люди собрали полмиллиона рублей на звонницу из восьми колоколов». На самом большом – благовесте весом 320 килограммов – жители попросили сделать надпись: «К 200-летию со дня основания храма…»

Храм восстанавливается

В.Л.

Категория: Вокруг "Сороковки" | Добавил: кузнец (29.11.2015)
Просмотров: 468 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: