Главная » Файлы » Документы и материалы » Справки к книге по истории госбезопасности

Исторические справки по истории УФСБ по Челябинской области на сайт ведомства (1)
15.06.2020, 18:20

       ИСТОРИЧЕСКИЕ СПРАВКИ

      

       1700—1917

      

       Сегодня историю российских спецслужб невозможно представить без преемственности поколений. Лучшие профессиональные традиции сотрудников спецслужб императорской России, чекистов советского времени, осмысленный опыт героического и трагического становятся, по словам Директора Федеральной службы безопасности России Н.П. Патрушева, золотым фондом ФСБ.

       Основные формы и методы работы спецслужб были заложены Петром 1. Окруженный внешними и внутренними врагами, Петр уже в 1706 году создал институт надзирателей (Пушкин сравнивал их с французскими комиссарами времен Конвента), которые получали от императора тайные инструкции и особые полномочия. На Урале таким «петровым адъютантом» был генерал В.И. Генин, сыгравший немалую роль в становлении горного края.

       В 1715 году Петр 1 подписывает указ о фискалах, которые поначалу курировали воинские части, а затем следили за порядком на местах и доносили о неисполнении указов, кражах, взятках и т.д. Если учитывать, что к этому времени на Урале появились первые металлургические заводы, призванные обеспечить «железный паритет» со Швецией, то демидовские вотчины находились под пристальным вниманием. Тогда же появился указ о лихоимстве – банальное казнокрадство и липовые сделки, оставлявшие огромные финансовые прорехи, заставили впервые задуматься об экономической безопасности государства.

       Через три года появится и прообраз политической полиции – Тайная канцелярия розыскных дел. В ее задачу входил прежде всего розыск беглых крестьян. На Урале их было множество. Тотальной чистки не произошло только по той причине, что «изъятие и возвращение» прикипевших к заводам крестьян могло серьезно подорвать производство российского железа.

       Тайная канцелярия занималась и делами раскольников. Но государственные интересы заставили существенно скорректировать деятельность Тайной канцелярии на Урале. После предпринятой Василием Татищевым, куратором горных заводов, карательной экспедиции против раскольников и возникших уральских «гарей», указом Петра запрещалось «чинить жертвы» среди старообрядцев, чтобы «не было казне убытков». Этим же указом разрешалось оставлять раскольников при заводах на жительство. Стоит сказать, что именно старообрядцы с их торговым капиталом составили инфраструктуру горнозаводского края, обеспечивая уральские заводы всем необходимым.

       В середине ХУШ века начинается мощный подъем металлургического Урала. Благодаря своеобразной антимонопольной политике братьев Шуваловых, один из которых, Александр Шувалов, возглавил в 1747 году Тайную канцелярию, на Южный Урал в противовес демидовскому Северу пришли новые горнозаводчики: Твердышевы, Мясниковы, Масаловы. Пользуясь поддержкой первого губернатора Оренбургского края Ивана Неплюева, они развернули железное и медное производство, оснастив свои заводы новейшим по тем временам оборудованием.

       О локальной экономической безопасности предприятий впервые заговорил Иван Твердышев, у которого не было таких привилегий, как у Демидовых, и которому приходилось защищать свой капитал. Так, каждый завод, как свидетельствуют материалы по истории Башкирской АССР, представлял собой настоящую крепость, вооруженную 5-10 пушками. Под заводы выбирались такие места, которые бы защищали его с нескольких сторон (например, Усть-Катавский завод или Катав-Ивановский). Кроме того, у Твердышева была отработана своя система доносительства и охранения информации, где применялись шифровальные технологии.

       Становление уральского промышленного края завершилось строительством защитных линий крепостей – Большая Екатеринбургская линия крепостей была дополнена южноуральской: Челябинская, Троицкая, Уйская, Магнитная крепости. При крепостях находились регулярные части, призванные обеспечить защиту как от внешних врагов, так и на случай подавления внутренних бунтов.

       Вспыхнувшее в 1773 году пугачевское восстание выявило многие противоречия в деятельности еще молодых российских спецслужб, «проглядевших чудесное превращение яицкого вора Пугачева в императора Петра Ш». В пугачевском бунте, по версиям исторической науки, переплелись различные интересы: и возможный масонский заговор, и связь с польской разведкой («голштинский след»), и влияние старообрядческих общин Австрии, Германии и Турции. Пушкин, к примеру, настаивал на включение в книгу письма Вольтера, где великий просветитель говорит о Пугачеве как возможном «французском шпионе».

       Восстание, естественно, вскрыло многие социальные язвы екатерининской эпохи. Но самой важной отличительной чертой пугачевского бунта называли его особую организованность и неизменно искали тайные силы за Пугачевым. Материалы следственного дела были сразу же закрыты Екатериной, а все документы, имеющие причастность к бунту, были немедленно изъяты из всех местных архивов. Одним из последствий пугачевского восстания стало резкое усиление полномочий Тайной канцелярии.

       Новый Х1Х век с приходом Александра 1 принес в Россию либеральные веяния, хотя вряд ли страна, пропитанная крепостничеством, была готова к переменам. Провинция же вообще отличалась своим консерватизмом. Примером тому стало следственное дело по волнениям на Кыштымских заводах, принадлежавших Л. Расторгуеву. Суть волнений – тяжелая эксплуатация рабочих, которые самовольно оставили работы и отправили своих представителей в Екатеринбург. Материалы дела находились в ведении Особого комитета, организованного Александром 1 для рассмотрения политических дел (этот комитет станет основой для создания Ш отделения императорской канцелярии). Созданная специальная комиссия по расследованию кыштымских волнений подтвердила произвол заводчиков, которым было вынесено предупреждение.

       Дело на этом не завершилось. В 1830-х годах следствие возобновил Николай 1 – уже на волне борьбы с раскольниками, а Кыштымские и Каслинский заводы были центром старообрядчества.

       Вообще, с приходом Николая 1 российские спецслужбы, призванные пресекать любые антигосударственные выступления, обрели второе рождение. В июле 1826 года было создано Ш Отделение Собственной Его Императорского величества Канцелярии, которое возглавил А.Х. Бенкендорф. Ш Отделению вменялись различные задачи и, прежде всего, надзор за всеми сторонами политической и общественной жизни.

       Уральских следственных дел, проходивших по линии Ш Отделения, было немного. Самым знаменитым стало дело Оренбургского тайного общества, когда в руки полиции попала инструкция, в которой участникам общества вменялась подготовка к «перемене правления». Это дело стало «тенью декабристов» и было расследовано в кратчайшие сроки.

       Эпоха Николая 1 многим казалась вечной. Полицейский эпитет к ней – лишь следствие того, что в эту эпоху были сведены к нулю какие-либо волнения. Между тем, «жестокое спокойствие» рано или поздно должно было быть нарушено. С приходом Александра П, с целым рядом проведенных реформ, настроения в российском обществе изменились. Разночинцы, народники, народовольцы – это «брожение и шатание умов» оказалось взрывоопасным. Роковым стал 1866 год, когда была предпринята первая попытка покушения на жизнь императора. Нечаевщине и «Народной расправе» необходимо было противопоставить жестокие, но жизнеспособные органы государственной безопасности.

       В начале 1870-х годов происходит коренная реформа Ш Отделения – Россия обрастает сетью жандармских управлений. Южный Урал, в силу прежнего административного деления, курировали два жандармских управления – Уфимское и Пермское. Уральские жандармские донесения 1870-80 годов не слишком интересны – политическая атмосфера в заводском крае была спокойной, ни волнений, ни политических организаций не наблюдалось.

       Спокойствие было нарушено в 1896 году – первой стачкой на Златоустовском заводе. Забастовку удалось погасить, но уже через год волнения в Златоусте вспыхнули с новой силой. Тогда златоустовцам, руководимым «Уральским рабочим союзом», удалось добиться первого в России 8-часового рабочего дня.

       Златоустовская забастовка стала своеобразным шоком для провинциальных жандармов. В их донесениях фигурируют имена участников «Уральского рабочего союза»:  Андрея и Дмитрия Тютевых, Владимира огожникова, Павла Земского, Иосифа Годлевского и других. Между тем, никаких методологических изменений в деятельности жандармских управлений предпринято не было, несмотря на то, что в Москве с особой «профсоюзной» инициативой выступил мастер политического сыска Сергей Зубатов. В 1903 году в том же Златоусте события вышли из-под контроля – и демонстрация рабочих по приказу уфимского губернатора Богдановича была расстреляна.

       Волна революционных выступлений захлестнула Южный Урал. На фоне резкого спада промышленного производства и остановки многих уральских заводов появляются первые рабочие боевые отряды. Хорошо вооруженные и натренированные, они совершали один террористический акт за другим. Так, только в 1906 году и только в одном маленьком Усть-Катаве в течение двух месяцев произошло более десяти событий, которые можно квалифицировать как теракт. Самым громким событием на счету южноуральских боевиков стал захват поезда на станции Миасс в августе 1909 года – тогда боевикам достались 2 пуда золота и 60 тысяч рублей. После революции именно боевики составят основу первого «ликвидаторского» поколения ЧК.

       Кризис царских спецслужб был очевиден, равно как и кризис самой власти. Попытки реорганизовать, реанимировать спецслужбы наталкивались на необъяснимое нежелание Николая П видеть и анализировать ситуацию. Русский философ С. Булгаков назвал это «медленным самоубийством императорской власти». На местах положение было еще плачевнее – местные жандармы не видели ни смысла своей работы, ни перспектив. Революция 1917 года оказалась неизбежной…

    

       1917—1933

      

       Началом истории советских спецслужб стало 20 декабря 1917 года – постановлением Совета Народных Комиссаров для борьбы с контрреволюцией и саботажем была образована Всероссийская чрезвычайная комиссия (ВЧК). С первых же дней своего существования ВЧК, возглавляемая Ф.Э. Дзержинским, стала непосредственным оружием партии большевиков, «карающим мечом революции». Классовая природа новых спецслужб надолго определила спектр основных задач.

       В марте 1918 года вышло постановление СНК, закрепившее за ВЧК значительные внесудебные полномочия, а уже летом 1918 года было принято постановление о красном терроре, которое предоставило право расстрела даже районным ЧК. Вне сомнения, подобные полномочия были вызваны разгоревшейся в стране гражданской войной и взаимным – белым и красным – террором.

       На местах губернские ЧК стали появляться по мере освобождения территорий от белогвардейцев. Урал не являлся исключением. Бывший колчаковский край, впитавший опыт военной белогвардейской контрразведки, он был освобожден частями Красной армии лишь летом 1919 года. В Челябинске был создан Военно-революционный комитет, в задачу которого входило установление гражданских органов власти.

       1 августа 1919 года была создана челябинская Чрезвычайная комиссия, которая получила полномочия губернской. Создавались и «ведомственные структуры» - Троицкая, Кустанайская, Курганская, Миасская, Верхнеуральская уездные ЧК (позднее переименованные в уездные Политбюро).

       О первых председателях губернской ЧК известно немного. Не оставил следа в памяти южноуральских чекистов первый председатель Бояршинов; не пользовался популярностью в среде чекистов и его преемник Герцман, номенклатура губкома партии. Зато ни один чекист не обошел в своих воспоминаниях имя Андрея Петровича Коростина, возглавлявшего Особый отдел и назначенного председателем губчека в феврале 1922 года.

       Помимо губернской и уездных ЧК в Челябинске создавался еще целый ряд военно-революционных подразделений. В 1919 году появилась линейная транспортная ЧК, в задачи которой входило обеспечение сохранности имущества и порядка на станциях. В транспортной ЧК работали такие легендарные чекисты, как И Завьялов и А. Касьянов. Совершенно особой структурой, призванной содействовать полномасштабным операциям ЧК, стали Части особого назначения (ЧОН), которые формировались из числа коммунистов и комсомольцев. «Звездным часом» чоновцев станет начало 1920-х годов – эпоха ликвидации белогвардейских банд.

       Противоречия гражданской войны наложили свой отпечаток на деятельность молодых советских спецслужб. Сложнейшим испытанием для челябинских чекистов стало подавление Западно-Сибирского мятежа, одними из очагов которого стали Курган и Ишим. Сложность состояла в том, что этот мятеж нельзя было назвать белогвардейским, так как против большевиков выступила тогда «третья сила» - повстанцы-крестьяне, недовольные ходом продразверстки. Ситуация вышла из-под контроля в январе 1921 года с началом семенной разверстки. А в начале февраля повстанцы перекрыли Транссибирскую магистраль; тогда же Курганский уезд оказался на военном положении. Естественно, в ходе подавления мятежа взаимный террор вспыхнул с новой силой, чему свидетельством – многочисленные постановления о расстрелах. Курганский уезд, которых контролировался Челябинской губчека, оставался неблагонадежным районом в течение целого десятилетия.

       Важнейшей задачей советских спецслужб стала борьба с бандитизмом. На территории Челябинской губернии насчитывалось несколько десятков вооруженных бандформирований, численность которых подчас превышала 2 тысячи человек. В двухнедельных сводках губчека за 1920-21 годы фигурирует несколько «цветных армий» - «зеленая армия», действовавшая по принципу «лесных братьев» и использовавшая «национальный фактор» в виде недовольных новой властью башкир (на счету этой армии убийство известного чекиста М. Гербанова, начальника Троицкого Политбюро); «голубая армия», которую возглавлял бывший полковник колчаковской армии Мировницкий и которая действовала в Троицком и Кустанайском уездах.

       Было немало и обычных банд – из числа бывших белогвардейцев или дезертировавших в силу невыносимых условий красноармейцев. Самыми крупными оказалась банды Черского, Луконина и Выдрина. Банду Черского удалось ликвидировать в Верхнеуральском уезде, благодаря полученной информации от внедренных в банду чекистов-разведчиков. Банда Луконина и Выдрина на протяжении целого года держала в страхе Миасс и Златоуст. В ликвидации луконинцев чекистам помогали Части особого назначения.

       Стоит отметить, что в задачи ЧК входило и оказание помощи народной милиции, участие в совместных операциях. Чекистам приходилось разыскивать убийц, грабителей, воров, пресекать действия спекулянтов, держать на контроле ситуацию в советских хозяйственных органах, где воровство было обычным делом, а аферы с распределением товаров принимали угрожающие масштабы.

       Последней внешнеликвидаторской акцией молодых советских спецслужб можно считать операцию по изъятию ценностей, проведенную в голодные 1921-22 годы. Операция, разработанная челябинскими чекистами И. Затекиным и В. Малановым, носила название «Золотой поиск». В ходе операции только среди бывших управляющих уральскими рудниками было изъято свыше 12 кг золотого песка; при обыске одного из купцов было найдено несколько слитков золота, 17 тысяч золотых монет, 13 тысяч рублей царской чеканки. Изымались и церковные ценности, согласно декрету от 20 января 1918 года. Так, только в одной из церквей Троицкого уезда удалось обнаружить свыше двадцати золотых предметов церковной утвари.

       «Ликвидаторская эпоха» подходила к концу. В порыве борьбы с внешними врагами революции были упущены многие аспекты профессиональной деятельности спецслужб. В частности, еще только формировалась информационно-аналитическая работа, совершенно не было опыта работы с иностранными представителями («западней» для многих чекистов стало «дело АРА» - Американской помощи голодающим). Неуклюжие действия приводили к дипломатическим конфликтам (например, с Польшей – в результате реэвакуации польских граждан). По стране прокатилась волна неоправданных арестов «буржуазных специалистов» - и В. Ленин все чаще требовал их освобождения. Наконец, Советская Россия переходила от гражданской войны к НЭПу – и это требовало определенных корректив в деятельности спецслужб.

       В декабре 1921 года необходимость реорганизации ВЧК стала очевидной. В январе 1922 года была создана специальная комиссия, которая должна была разработать проект упразднения ВЧК и создания нового органа – Главного политического управления. Положение о ГПУ было утверждено 9 марта 1922 года. Эта реорганизация, с одной стороны, привела к массовым сокращениям на местах, с другой, определила новые направления работы советских спецслужб – при ОГПУ создавались новые отделы: Контрразведывательный, Иностранный, Информационно-агентурный, Экономический. Отбор сотрудников в новые структуры был хладнокровным – усиливался «профильный» состав ОГПУ, что позволило в короткие сроки провести такие блестящие операции, как «Синдикат» и «Трест», ставшие классическими.

       Значение реорганизации ВЧК в ГПУ очень важно для Уральского региона, который оставался крупным промышленным центром страны и на который была сделана ставка в эпоху индустриализации. В частности, планировалось осуществление Урало-Кузбасского проекта с созданием четырех крупнейших металлургических заводов: Магнитогорского, Бакальского, Алапаевского и Кузнецкого. Одновременно шло усиление окружных отделов ОГПУ – Челябинского (по контролю за угольными разрезами), Златоустовского, Троицкого и Магнитогорского. Последний окротдел курировался непосредственно Дзержинским.

       Изменился сам характер работы чекистов, о чем свидетельствуют дела тех времен. «Классической чекистской разработкой» можно назвать, пожалуй, только дело Златоустовских эсеров – чекисты продолжали собирать материал на людей «с прошлым». Совершенно новыми оказались операции по линии промышленной контрразведки – в 1926 году при председателе ОГПУ была создана Особая группа, задачей которой стало глубокое внедрение агентуры на военно-стратегические объекты в Европе и, в частности, на германские заводы Крупа. Сотрудникам ОГПУ пришлось анализировать информацию советских инженеров, командированных на сталелитейные заводы. В начале 1930-х годов, одновременно со строительством заводов, также шла подготовка «площадок отката» - места для эвакуации предприятий на случай войны.

       Наконец, в начале 1930-х годов было проведено и несколько конкретных разработок по линии промышленной безопасности. В частности, расследовались аварии на Магнитогорском комбинате, где проекты домен разрабатывала частная американская компания «Мак-КИ». Особый резонанс имело и «политически заказное» дело «Метрополитен-Виккерс», компании, поставлявшей в СССР оборудование для электростанций. В обвинительной речи Вышинского по этому делу фигурировали диверсии на ЧГРЭС и на Златоустовской электростанции, а также разработки контрразведывательных отделов ОГПУ.

       Эпоха индустриализации оказалась сопряжена с трагедией русского крестьянства. В проведении тотальной коллективизации органам ОГПУ была отведена своя карательная роль, обозначенная в феврале 1930 года специальным приказом ОГПУ о ликвидации кулаков – «в кратчайший срок закончить ликвидацию кулацких активов и наиболее злостных махровых одиночек». На места рассылались всевозможные спецциркуляры, планы, «квоты», «лимиты». Основными методами работы становились провокация и сфабрикованность следственных дел. Эта трагическая подмена – провокационная направленность против собственного же народа - станет прологом будущих репрессий и «исчезновением» собственно спецслужбы, как таковой.

   

       1934—1940

      

       Собственно историю Челябинского областного Управления (от НКВД до ФСБ) следует вести с февраля 1934 года, когда было проведено новое административное деление. В приказе полномочного представителя ОГПУ по Челябинской области от 16 февраля говорилось: «В соответствии с постановлением президиума ВЦИК от 17-го января 1934 года о разделении Уральской области и на основании приказа ОГПУ № 1019 от 23-го января 1934 года, считать сформированным аппарат Полномочного Представительства ОГПУ по Челябинской области с центром в гор. Челябинске в составе: Курганского оперсектора, Магнитогорского, Златоустовского горотделов и бывшего Тюменского оперсектора».

       Прежняя Уральская область существовала с 1923 года – тогда административное объединение целого региона было вполне оправдано. Но за десятилетие ситуация изменилась – и управлять неповоротливой областью, в которой сосредоточились крупнейшие предприятия того времени, было невероятно сложно, равно как и управлять оперативными подразделениями. Разделение области и разделение полномочных представительств было неизбежным.

       Аппарат ПП ОГПУ по Челябинской области появился как раз накануне новых преобразований советских спецслужб. Создание новой структуры – Народного комиссариата внутренних дел (НКВД) – началось, как и прежде, с ограничения полномочий. 10 июля 1934 года была упразднена Судебная коллегия ОГПУ и в этот же день вышло постановление ЦИК СССР о создании Народного комиссариата внутренних дел (НКВД). Полномочное представительство ОГПУ по Челябинской области в соответствии с этим постановлением было реорганизовано в Управление НКВД по Челябинской области.

       К этому времени уже была создана надежная материальная и организационная база для новых спецслужб. По меньшей мере, челябинские чекисты могли гордиться и новым зданием УНКВД, и подсобными хозяйствами, и улучшением бытовых условий; в Управлении действовали общественные организации - комсомольская и профсоюзная, спортивное общество «Динамо»; были даже женсовет и касса взаимопомощи. Изменился и «образовательный ценз» - на работу в НКВД приходило все больше людей с высшим и средним образованием. Расширялась и партийная организация - на момент создания Управления 124 чекиста состояли в партии; возглавлял партком П.И. Колосовский, имевший к тому времени пятнадцатилетний чекистский стаж.

       Организационную структуру Управления можно представить на примере штатного расписания основных подразделений. Самыми многочисленными отделами оказались дорожно-транспортный отдел, в котором насчитывалось 135 сотрудников, и отдел спецпереселенцев - 83 человека - включая состав районных комендатур. Следующими по своей значимости считались секретно-политический отдел (38 человек), экономический отдел (35 человек), особый отдел (31 человек), иностранное отделение (13 человек).

       Первому составу УНКВД, наряду с непосредственными контрразведывательными задачами и контролем за исполнением стратегических решений партии, приходилось разбирать всевозможные дела о вредительстве, контролировать строительство новых промышленных объектов, курировать работу элеваторов и заготпунктов, проводить «специальную работу по охране зерна, борьбу с хищениями и потерями зерна», организовывать сторожевую и пожарную охраны, держать на контроле санитарно-эпидемиологическое состояние, участвовать в совместных с милицией операциях «по изъятию уголовно-преступного элемента».

       Первым начальником УНКВД по Челябинской области был А.М. Минаев (Цикановский). Он родился в 1888 году в Одессе, в органах госбезопасности служил с 1919 года, являлся кавалером ордена Красной Звезды и дважды получал звание Почетного чекиста. В 1936 году он был откомандирован со спецзаданием в Сталинградское УНКВД. В справке 10 отдела КГБ СССР 1984 года сказано, что Минаев-Цикановский был уволен из органов госбезопасности в июле 1938 года, но в личном деле «причина не указана...»

       Трагическая эпоха 1930-х годов появилась не в одночасье – она вызревала, подпитываясь волнами террора и классовой ненавистью. И сегодня современным российским спецслужбам требуется особое мужество, чтобы открыть целый ряд документов, признать и проанализировать трагические ошибки своих предшественников.

       В сложные и трагические годы массовых репрессий УНКВД по Челябинской области не могло быть исключением из этого рокового процесса, хотя считалось на «плохом счету» у руководства НКВД СССР по причине низкого количества «расстрельных дел» и «недовыявлению контрреволюционного элемента». Репрессии на Южном Урале связывают с именами двух начальников УНКВД по Челябинской области: П. Чистовым (начальник управления в 1937-38 годах) и Ф. Лапшиным (начальник управления в 1938 году). Наиболее «значительные» сфальцифицированные дела этого периода - дело начальника ЮУЖД Князева, дело «Областной контрреволюционной организации эсеров», дело «Повстанческого духовного совета», дело «Организации жестокой расправы с большевиками» и дело «Польской организации войскова».

       В 1939 году НКВД СССР было возбуждено следственное дело № 2874 о нарушении социалистической законности в методах работы руководства УНКВД по Челябинской области. Дело «курировал» лично Л.П. Берия, пытаясь сделать его «показательным». Молох репрессий неизбежно должен был обрушиться и на спецслужбы – так, собственно, и произошло: основное количество репрессированных в 1938 году составили не только партийные деятели, но и чекисты.

       Новой волне репрессий помешала… война.

Читать дальше: Исторические справки (2)

Категория: Справки к книге по истории госбезопасности | Добавил: кузнец
Просмотров: 179 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: